Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: мари (список заголовков)
02:56 

- Ажди, что ты делаешь такое?
У моей сестры очень приятный голос. Но я всё равно растерялся, почувствовав себя застигнутым на месте преступления школьником. Поэтому, какое-то время поразмышляв над вопросом Мари, я поверженно уселся на пол. Потом покосился на телефон в своей руке. На разложенные передо мной металлические фрагменты я смотреть уже не стал.
Тяжело. Мне повезло, что моя сестра хорошо понимает меня. У меня есть эта неприятная трудность с тем, чтобы лицо соответствовало ощущениям. Сначала, в детстве, я боялся выразить эмоции, которые мне не принадлежат, а значит, будут неуместны. А потом понял, что уже никакие нормально изобразить не могу. Я очень часто опаздываю с выводами в повседневной жизни. Так вот. Мари хорошо понимает даже тогда, когда я сам немного путаюсь. Она улыбается и поправляет свои круглые очки с толстенными стёклами.
Любопытство девушки лёгкое и искрящееся, как газировка.
- Ты фотографируешь. - милосердно подсказала она, покачивая крыльями.
Я испытал прилив благодарности. Потом кивнул. Смешно. В смысле - ей смешно.
- Я фотографирую. - чтобы не молчать слишком долго, соглашаюсь я, потом киваю на запчасти, - Фотографирую поэтапную сборку мясорубки.
Меня осенило. Нужно просто сказать, как есть.
- Мой... моя коллега... Скотт. Она не смогла собрать мясорубку. - по мере накопления иронии в моей родственнице мне становится труднее вещать под её надзором, - И я помогаю. Ей. Собрать. Мясорубку.
Тяжело. Это просто провал какой-то.
Мари оправляет домашнее платье и усаживается рядом со мной. Подтягивает к себе один из элементов адовой машины и крутит так и эдак. Смотрит на меня сквозь него и улыбается, заставляя предчувствовать худшее.
- Что собирается готовить Скотт?
У Мари маленькие аккуратные зубы. С такими самое то улыбаться с плохо скрываемым коварством.
- Котлеты. - полистав лог сообщений, послушно отчитываюсь я.
О нет. Тут какой-то подвох. Какой?
Летучая мышь покивала, убирая волосы с лица. Вернула деталь на место. Снова кивнула каким-то своим мыслям. Потом её улыбка стала совсем безмятежной, а у меня замёрз позвоночник.
- Она никогда не готовила с мясорубкой? - протянула дева, сложив руки на животе, - Поэтому и не умеет её собирать. Правильно?
Моё молчание она трактует верно.
- И ты не умеешь готовить котлеты. - Мари вздыхает, ввинчивая блудную запчасть в уже собранную конструкцию, - И как бы ты помогал ей дальше?
- ...я умею пользоваться поисковыми системами. - честно признался я, понимая, что прокололся, и приобщение Киран к кухне следовало начинать с более простых вещей.
Я представил напарницу, машущую хвостом в ожидании нового сообщения, и устыдился.
- Я напишу рецепт, пока ты возишься с инструкцией сборки. - смилостивилась сестра, поднимаясь на ноги, - Без фото, иначе мы никогда не ляжем спать.
Тут она права. И Скотт никогда не поела бы. Никогда сегодня, я имею в виду и...
- Ажди.
- Да? - я повернул ухо к собеседнице.
- Я рада, что ты снова живёшь с нами. Мне тебя не хватало.
Сбиваюсь с мысли и улыбаюсь.
- ...спасибо.
Рисковала повиснуть умеренно неловкая пауза, но вопросительно вжикнувший в моих руках новой смс телефон заставил меня вернуться к делу. Всё к лучшему, всё.

@темы: Северный материк, Небельштадт, Мари, Киран, Аждеха

03:09 

Любой более-менее взрослый знает, что рассечение само по себе не является серьезным ранением. Но я - не воин. Мне больно.
Пальцы, зажимающие рану, уже почти свело судорогой от напряжения - как физического, так и душевного. Очень больно. Но еще - очень, очень страшно.
Я не самый смелый из всех, но я достаточно сознателен, чтобы не пытаться скрывать это хотя бы от себя.
Стоять очень тяжело, ноги почти не держат, но я стою. Мне даже хватает сил улыбнуться.
Я не самый смелый. Честное слово. Но... но.

Подрагивающие, измазанные в крови, губы растягиваются в улыбке. Лис улыбается одновременно мягко и очень отчаянно. Он для себя уже давно все решил.
- Я не верю. - тихо произносит он.
Делает паузу, мучительно сглатывая, видимо, скопившуюся во рту кровь.
- Я не верю, - голос мужчины тихий и хриплый, но его слышно удивительно отчетливо, - Что я один защищаю свой город.


Я распахиваю глаза, резко садясь на кровати. По привычке нашаривая рукой оставленные на тумбочке очки, понимаю, что ничего не вижу не только из-за них. Сжав в одной руке очки, второй растерянно вытираю слезы. Ну и нелепо же я должна выглядеть - с таким лицом и в пижаме в цветочек.
Сон таял в сознании, оставляя металлический привкус во рту и непонятную, горькую боль в груди. Я вздыхаю. Сны про этого лиса стали сниться в последнее время все чаще. Понятия не имею, кто он, но чувствую, что постепенно начинаю привыкать.
Откидываюсь назад, на подушку, заложив руки под голову. Смотрю в потолок - теперь, когда очки на мне, его шероховатую поверхность, серо-голубую от ночного освещения, мне видно достаточно отчетливо. Сны о таинственном рыжем незнакомце всегда отрывисты, нечетки. И очень, очень короткие. Особенно, учитывая, что спустя время большая часть сна забывается. Обязательно.
Кто же ты?..
На секунду мне подумалось, что, если этот сон - последний? Ведь неизвестный мог не пережить некую защиту города... Отчего-то мысли о том, что больше я лиса не увижу, меня тревожили и расстраивали. Мне бы хотелось узнать, кто он.
Хотелось увериться, что это - не плод моего погруженного в мечтания разума, не видящего иной жизни, кроме книг и будущей профессии.
Элиссон, что ли, позвонить? Перевожу взгляд на часы. Четыре часа ночи? Пограничное время, однако. Моя суровая боевая подруга или уже, наконец-то, завалилась спать, или еще спит, если ей повезло рухнуть в объятия забвения невероятно рано. Разбудить ее сейчас - значит, причинить хорьку множество страданий, начиная с недосыпа.
Перекатившись на бок, вытягиваю из тумбы том. Одной рукой его не удержишь, приходится изворачиваться. В конечном итоге я едва не падаю на пол с книгой вместе всей верхней частью туловища, но цели своей добилась(попискивая и размахивая крыльями) - заветная книжка оказалась у меня. Читать в темноте, конечно, не получится, но и включать свет мне не хотелось. Поэтому я просто положила книгу рядом с собой, аккуратно погладила резную обложку. Случайный подарок, результат случайной встречи. Вопреки привычкам "глотать" книги, эту я читала медленно. Она оказалась сборником старых-старых сказок и историй, причем записанных вручную. Это все выглядит слишком... неправдоподобно, слишком похоже на истории, которыми я живу. А, несмотря на повсеместно встречающуюся магию, сказки - это все-таки не то, что происходит наяву. Но книга-то настоящая...
Я поерзала щекой на подушке, устраиваясь поудобнее. Приобняла книгу, притягивая ее поближе. За прошедшее время эта вещь стала мне очень дорогой. Когда мы с детьми в школе читаем сказки из этой книги, мне кажется, в классе замирает какая-то странная атмосфера. Шевелятся, сдвигаясь, пласты времени. И вокруг очень живо расцветают древние сады, герои спасают невинных от происков зла, произносят поучительные речи еще более древние, чем истории, чем сам мир, маги...
Дети, какими бы шумными они ни были в остальное время, в процессе чтения слушают совершенно молча, с очень искренним интересом.
Обложка под моей рукой твердая и прочная. Опора, которой мне не хватает, когда мои фантазии берут верх и не дают мне покоя даже во сне. Может быть, хотя бы теперь у меня получится заснуть нормально?
Через какое-то время я действительно стала засыпать. И в этот раз я спала почти без снов, только, когда мягкая темнота уже обступала со всех сторон, мне почудилось, что кто-то гладит меня по голове. Очень хотелось удержать это ощущение подольше, но усталость была сильнее.

@темы: Северный материк, Небельштадт, Мари, Актеон

20:28 

- Мист-Сол! - вырвалось у меня раньше, чем я успела обдумать, насколько разумным с моей стороны будет не слишком формальное общение с учениками школы, где я прохожу практику.
Кот обернулся. Взглянул на меня, приподняв было брови, но спустя мгновение в его взгляде вспыхнула искра узнавания.
- Мэм. - он едва заметно улыбнулся, - Идете по следам мятежного принца?
- Мари Адлер к вашем услугам, ваше мятежное высочество. - я присела в реверансе, - Боюсь, это исключительно работа.
- Да, все убийцы так говорят, - понимающе кивнул мой собеседник, - Ничего личного. Все в порядке.
Опять этот махровый трагизм, аж сердце свело.
- Будь у меня намерение вас убить, я бы не окли...
Закончить мне не дали.
- СЕЙЧАС Я РАССКАЖУ ТЕБЕ, КАКИМ ФРИДРИХ ШЕСТОЙ БЫЛ "ПИДАРАСОМ", ЕРЕТИК МАЛОЛЕТНИЙ!! - раздалось из ближайшего кабинета; вздрогнули не только стены, но и некоторые мимопроходящие персоны.
Мы с котом переглянулись.
- Эллисон... - неуверенно протянула я.
- Это класс Натаниэля. - не менеее задумчиво подсказал мне парень.
- Злодея и узурпатора? - я припомнила волка в доспехах.
И ужаснулась.
- Он - в одном кабинете с эмоционально вовлеченным диктатором?! Школе конец, ваше высочество.
- Узурпатор и диктатор всегда найдут способ договориться. - он подумал и добавил, - Ну, или, как говорил старик Коска...
- Кто-кто?
- Коска. Очень умный мужик.

@темы: "Но Никомо Коска не видел причин", Мари, Мист, Небельштадт, Нейтан, Северный материк, Эллисон

03:43 

(соавторское)

- Мэм.
Я вздрогнула и, чуть не выронив из рук записную книжку и ручку, оглянулась. На город незаметно для меня опустились сумерки, и голос, доносящийся из ниоткуда, разумеется, меня встревожил. Но я никого вокруг не увидела, ни души.
- Мэм, прошу простить меня великодушно.
Ох. Я поняла. Голос доносился из-под меня. То есть, из-под лавки. Вцепившись в свои вещи (не знаю, правда, зачем), я чуть наклонила голову и взглянула на того, кто завёл со мной беседу.
- Да-да? – Сказала я, не отдавая особого отчёта в ценности своей реплики.
Видно мне было не очень хорошо. Под лавкой лежал кот. Он немного высунулся из-под своего «укрытия», и глядел на меня. Не так растерянно, как я на него.
- Мэм, я не стал бы тревожить Ваш покой. Но Ваша туфелька стоит прямо на моём рукаве.
- Неужели?
Глупость какая-то. Так или иначе, ничего умнее я на такое заявление сказать не могла.
Кот печально свёл брови и вздохнул, прикрыв глаза.
- Истинно так. Я мог бы без промедлений пожертвовать им ради Вашего спокойствия, но у меня больше нет целых рубашек.
А это уже интересно. Очень странно, конечно, но интересно. Я почти что прилегла на лавочку и внимательно взглянула в лицо своего собеседника. Ничего нового оно, увы, мне не говорило.
- Понимаю Вашу печаль, но Вы лежите пой моей лавкой.
Кажется, что-то такое незнакомец и боялся услышать. Он наклонил голову и состроил такую мину, будто бы слова мои причинили ему почти что физическую боль.
- У меня нет другого выбора! Злодей, узурпатор Натаниэль заточил меня в этой темнице.
Говорил он так искренне и...и как-то ещё, что мне и в голову не пришло уйти или, что того хуже, не поверить.
- Злодей? Узурпатор? Тогда кто же Вы такой?
Черты кошачьего лица моментально смягчились, и вернули себе былое драматичное благородство.
- Мятежный принц.
Не успела я уточнить, какого именно престола он наследник, как перед лавкой возникла фигура...скажем, печального рыцаря. Потому как доспех, меч, тёмный плащ и непроницаемо спокойное лицо наличествовали.
- А вот и он, мой мучитель! – Без промедлений подал голос принц. - Мэм, Вы защитите меня?
Я на всякий случай прежде уточнила:
- Злодей? Узурпатор?
Да, действительно непроницаемое лицо. По крайней мере, оно не шло ни в какое сравнение с теми иконами трагизма, что минутой ранее демонстрировал мне пленник.
- Мадемуазель.
Волк чуть поклонился, видимо, единовременно соглашаясь со своими титулами и приветствуя меня. На всякий случай я уточнила ещё раз:
- Вы – подлый Натаниэль, мучитель мятежного принца?
Злодей и узурпатор едва заметно поморщился, и бросил взгляд под лавку.
- Кое-где он приврал, но в целом – да. Это всё я.
Вот как. Картина медленно начинает проясняться.
- За что же Вы заточили принца... – Я склонилась ещё чуть ниже, и продолжила ещё чуть тише. - Как, говорите, Вас зовут?
Принц улыбнулся так, будто бы только что погиб на войне за своё королевство, и сейчас отправится к праотцам.
- Мист-Сол, мэм.
Никогда не смогу это нормально выговорить. Сделав максимально строгое лицо, я обратилась к мучителю:
- Вот как. Так на каком основании Вы держите его в заточении?
Злодей пожал плечами и поудобнее перехватил ножны.
- Он выпил мой кофе.
Я ахнула. Волк поджал губы, делая небольшую паузу, и продолжил:
- Именно так. Плюс он заменяет мне старшего брата.
Это всё объясняет. Искренне сожалея, я обратилась к пленнику:
- Простите. Простите меня, принц. Я ничего не могу поделать. Он в своём праве.
Принц, кажется, уже был среди своих великих предков.
- Я понимаю...понимаю.

@темы: Мари, Мист, Небельштадт, Нейтан, Северный материк, лига выдающихся джентльменов, соавторское

02:36 

Развяжи ее запястья.

Она тяжело вздохнула.
Получилось.
Маленькие ручки Куруми крепко прижимали к ее груди тяжелую книгу. Дыхание все еще не выровнялось после длительного и изматывающего путешествия.
Кошка тихо, судорожно потянула носом воздух. Опустила взгляд на фолиант в своих руках и тут же уставилась в сторону. Сердце колотилось как сумасшедшее, словно совершая безумные попытки дотянуться до все еще пахнущей пылью плотной обложки.
До того, что скрывается внутри, в самой сути.
- Куруми.
Голос Сета звучал очень тихо и вымученно, кажется, он прекрасно осознавал, что в этот раз спорить с напарницей так же бессмысленно, как и во всех других случаях. Но он обязан был попытаться.
- Чего тебе? - не поворачиваясь к собеседнику, отозвалась девчонка слегка подрагивающим голосом.
- Ты же знаешь, что мы не можем вмешиваться в чужие судьбы напрямую.
И она развернулась. И, Высшие Силы, как она это сделала! Взметнулась синяя юбка, блеснуло солнце на скользнувших в воздухе каштановых волосах. Темно-орехового цвета глаза полыхнули неподдельным гневом, выглядящим еще более внушительно из-за выступивших на этих же самых глазах слез.
- Это ты не можешь вмешиваться, Сет! Я умею творить чудеса! - она крепко прижала книгу к груди и уже тише добавила, - Я могу все. Он заслужил. Понимаешь?


Я стояла на станции, кажется, сутулясь от усталости. Сумка нещадно натирала плечо, но я, вместо того, чтобы ее поправить, старательно дышала на закоченевшие ладони, пытаясь попутно их друг о друга растереть.
Был очень напряженный день. Мы с Эллисон допоздна засиделись в университете, помогая одной из преподавательниц. Моя сумрачная подруга даже ради такого дела отпросилась с работы. Что бы Веласкес ни говорила, а она очень-очень хорошая.
Сначала мне показалось, что это я дрожу. Потом я поняла, что это сумка. Телефон.
- Ба? - я опустила свободное ухо, слегка встревожившись.
- Загулялась опять. - пожаловалась мне бабушка на меня же, - Не звонишь совсем, заучилась. Домой-то скоро?
- Скоро. - я почувствовала, как невольно расплываюсь в широченной улыбке, - я уже в метро, на пересадке. Сейчас дождусь поезд и там мне уже минут десять-пятнадцать ехать.
- Хорошо... - удовлетворенно выдохнула родственница, - А то я тут тебе пирожки пеку, а они самые вкусные пока не остынут, ты же знаешь.
При одной только мысли о свежей домашней выпечке мой рот наполнился слюной, а живот свело судорогой.
- Знаю, Ба. - мне оставалось только покивать, вглядываясь в темное пятно тоннеля, - Слушай, поезд уже подъезжает. Я скоро буду, не волнуйся. Пока-пока!
Поезд прогрохотал вдоль платформы, поднявшийся ветер радостно встрепал мои волосы, заставив меня, беспомощно запищавшую, быстренько прижать косички к плечам. Я и так похожа на чучело после трудного дня...
Ладно хоть места свободные были. Проскочив в вагон, я тут же присела на самом краю лавки. Люблю крайние места, тогда хоть не настолько плотно окружают малознакомые личности. Сейчас вот моей единственной соседкой была милая серая кошечка в синем платьице и серой курточке поверх. Весна уже очень отчетливо прогоняла зиму, но вечерами все еще было очень холодно. Но заинтересовала меня не столько девочка, сколько книга, которую она держала в руках.
Каюсь, подглядывала. Я знаю, что это нехорошо, да и сама не люблю, когда мне через плечо заглядывают в книги, но ничего не смогла с собой поделать. Фолиант выглядел... странно. Определенно очень старый и заполненный, кажется, вручную, он притягивал мой взгляд, почти гипнотизируя.
Текст я узнала достаточно быстро - это была одна из адаптаций известной истории об одной древней провидице, чьи видения могли бы спасти очень многих, не будь окружающие так глухи.
Соседствующая со мной кошка, кажется, не протестовала. Сидела, болтала ногами, неторопливо перелистывала страницы. Я даже и не заметила, как пролетело время поездки. Откровенно говоря, и выходить-то мне не особенно хотелось. Казалось, что если сейчас уйду - то потеряю что-то очень важное. У меня оставалась одна остановка.
И тут девочка вдруг подняла на меня взгляд. Ее глаза оказались светло-карими, очень ясными - такие, наверное, бывают только у детей.
- Нравится книжка? - негромко спросила она.
Я вздрогнула. Мне стало очень, очень-очень неловко. Значит, все-таки она заметила, что я тоже читаю. Эх, лишь бы не отчитывала, дети всегда это так искренне делают, что становится стыдно вне зависимости от реальности вины.
- Н-нравится. - согласилась я, для надежности кивнув.
А она почему-то улыбнулась. Так, немного самодовольно, немного снисходительно. Или мне показалось? Аж очки захотелось снять и протереть. Слишком странная улыбка для маленькой девочки.
- Тогда держи. - и незнакомка решительно протянула мне предмет обсуждения.
Моя растерянность в этот момент превысила все доступные пределы. Не так часто юные девушки порываются одарить меня книгами. Да и даже если бы...
- А твои ро... - я хотела спросить, не против ли будут ее родители, что она вот так раздаривает свои вещи, но вдруг поняла, что спутников у кошки не было.
Собеседница продолжала смотреть на меня, протягивая книгу. Теперь, кажется, в ее взгляде была насмешка.
- Бери-бери. - сказала она, - Я буду рада, если он останется у тебя. Ты только за ним следи, хорошо? Эту книгу надо беречь. Она старая.
Последняя часть ее реплики была произнесена таким доверительным тоном, что у меня просто не оставалось выхода. Я аккуратно взяла фолиант, оказавшийся довольно тяжелым.
- Я позабочусь об этой книге, обещаю.
- Обещаешь? - сощурилась девочка.
- Обещаю. - немного растерявшись от смены ее эмоций, держала ответ я.
У меня возникло странное ощущение, что в этот момент что-то случилось, но тут, не давая мне толком осмыслить произошедшее, со стуком разошлись двери вагона, и голос диктора объявил мою станцию.
- Пока. - кошечка улыбнулась, зажмурившись и еще поболтав ногами.
- Пока... - растерянно бросила я, уже почти ласточкой выпрыгивая из вагона.
Когда сзади захлопнулись двери, я обернулась. Девочка, вопреки смутным ожиданиям, никуда не пропала. Сидела, сложив руки на коленях, и очень-очень внимательно смотрела на меня. Аж мороз по загривку, вот правда.
Мой взгляд случайно упал на табло часов над тоннелем, и я сдавленно охнула. Ну времени-то уже! Бабушка заждалась меня, наверное...
Плотно прижимая к себе книгу, я побежала по ступеням вверх.

Поезд уже давно несся по темному тоннелю, а она продолжала смотреть в окно. И видела Куруми совсем не бесконечно тянущиеся провода.
Тогда, обессиленно рухнув на колени в высокую траву, она пообещала ему, что все будет хорошо. Что теперь все будет хорошо. Сет встал на позицию наблюдателя, отказавшись участвовать. Но кошка его, как ни странно, не винила.
Те, кто создают миры, действительно очень часто связаны по рукам. А она...
А что она? Она сюда пришла именно для этого. Чудеса творить.
Лишь бы за руки не хватали.
Куруми откинулась на спинку сидения, прикрыв глаза.
Ее работа закончена, дальше она может только надеяться. Она кинула Актеону веревку. Хвататься ли за нее - решать ему.
А Мари решать, потянуть ли его вверх.

@темы: Создатели, Северный материк, Небельштадт, Мари, Актеон

Raise Her Hands

главная