• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: энтони (список заголовков)
01:18 

Неправильно. Что-то было очень неправильно. Я ещё разок помяла кошелёк в руках, но мне не удавалось понять, что внутри. Слишком плотный материал. Я злилась так сильно, что едва удерживалась от беспорядочного размахивания хвостом. Владелица же кошелька и её спутник стояли в стороне, как ни в чём ни бывало. И наблюдали за мной. было непохоже, что они собираются звать на помощь. Это было ужасающе странно! Интересно, есть ли маленькие плоские чудовища, которых можно спрятать между купюр так, чтобы при случае они откусили воришке пальцы?
Но это я глупости думаю. Наверняка, какая-нибудь руна вложена. Сонным дымом дыхнёт или похожее. Ребята об этом часто рассказывают, происходит сплошь и рядом, мне просто везло.
Тигрица наклонила голову и что-то негромко сказала стоящему с ней шакалу. Тот кивнул и осклабился. Я так не согласна. Не хочу становиться посмежищем всего торгового центра! Поэтому, крепко сжав кошелёк в левой руке, я решительным шагом направилась к этой злополучной двоице. Остановилась в нескольких шагах. Они не станут меня ловить, я же вижу. Какое-то время я смотрела на них (с подозрением), а они - на меня (с улыбочками). Потом я сердито выдохнула и протянула дурацкую вещь тигрице:
- Что там и как это разобрать?
Я не знаю, что я такого весёлого сказала, но эта парочка не дураки посмеяться. Мне, похоже, оставалось только развернуться и уйти, но на половине поворота тигрица меня окликнула сквозь смех.

***

Гостья и Морхед остались в комнате, потому что главный герой игры об убийцах ещё не отстрадал своё, будучи отданным в распоряжение ушлой малолетки, а Болтон не всё ей объяснил про тонкости управления "глупыми котами в белых пижамах". Мне так и не удалось переубедить его относительно костюма. Северяне очень эксцентричны, но недостаточно, чтобы быть терпимыми к любой одежде вообще. В этом мы, технократы, здорово у них выигрываем. Хоть и пользы нам с того никакой.
Я сидела на кухне, ждала, когда заварится чайник, закипит вода в кастрюле, прогреется духовка - словом, множество бытовых кухонных занятий, свойственный такой хозяйственной особе, как я. Подумав об этом, я взглянула на охватывающее мой безымянный палец кольцо. Кто бы мог подумать, такие высоты! Покажите мне, какой тигр в этом помещении кардинально изменил свою жизнь убийством всего одного робота? Нескольких. ...ладно, моя жизнь и её изменения вообще довольно тесно связаны с роботами. Первый почти убил меня, второго почти убила я, третьего я убила, подбив на это дело того, кто не дал мне помереть от первого, что, кстати, спасло его от смерти, когда он не позволил мне убить второго... Так. Хватит. У меня закружится голова, и я забуду все свои восхитительные планы. Я подошла к кастрюле, сгрузила туда овощи, закинула ещё всякого по мелочи и пребыла в довольстве. Одной рукой помешивая опасно взбулькивающее варево, второй я взяла телефон. Из комнаты хором орали ребёнок и взрослый полицейский, совершенно равно возмущённые игровой системой и сюжетной несправедливостью. Под этот аккомпанемент я отсчитывала гудки, потому как нельзя просто взять и дозвониться до Спящего Бога ЦПУ.
- О, Пустота. - сообщил мне динамик умирающим голосом, - Да, Болтон?
- Это я. - умильно улыбаясь, сообщила я собеседнику.
- Ты тоже Болтон. - устало пояснил Энтони.
- Блять. Ты прав! - озарение поразило меня.
- Я рад, что ты рада, - Харкер выразительно зевнул, - Ты позвонила мне ради подтверждения своих фамилии и статуса, я всё верно уловил?
Смеюсь. Ох и забавный же он мужик, всё-таки! Сколько уже времени его знаю, до сих пор весело.
- А ты умён! Прибереги свой талант, он мне как раз сейчас очень пригодится. Я бы очень хотела попросить тебя помочь в одном непростом деле... - прикрываю трубку рукой и бдительно прислушиваюсь.
Крики из комнаты стали не сильно тише. Видимо, им попался действительно сложный или НЕОЖИДАННЫЙ сюжетный поворот.
- Мне нужно, чтобы ты помог оформить кое-какие документы. - жаль, что у этого телефона, в отличие от того, который живёт в коридоре, нету
провода.
Варварство, конечно, страшное, но мне жутко нравится во время разговора накручивать его на палец! Особенно в моменты ожидания ответа, как сейчас. Харкер, кажется, упал в обморок. Или уснул. Или прислушивается к происходящему в квартире. Но я правда не вижу ничего скверного в своей просьбе! За время обитания здесь я уже выяснила, что если северяне и любят что больше надирания задниц монстрам, так это бумажную волокиту. А лемур так здорово смотрится на нашем диване! Словом, выбора у меня решительно не было.
Это ничуть не хуже, чем выйти замуж на спор.

@темы: Энтони, Северный материк, Небельштадт, Морхед, Лори, Джиневра

20:23 

все цитатные шутки принадлежат их овнерам и ололо

Я никак не мог собрать волю в кулак. Строчки оставались набором букв и отказывались собираться в цельный текст. Я был готов поклясться, что на этот раз уделил сну достаточное количество времени. Я никогда так не ошибался. Мне оставалось только признать своё поражение, сложить буйну голову на пустой листок и пригорюниться. Чтобы пригорюнивание шло успешнее и продуктивнее, я напомнил себе, что одной лохматой псины в помещении нет, и по роковому стечению обстоятельств это снова не я.
Попытки связаться с дорогим другом не увенчивались успехом уже два дня, поэтому через какое-то время процесс моего унывания набрал обороты. Я не уверен, могу ли я... То есть, наверное, можно договориться с директором, он же может войти в положение. Такой трудный ребёнок...
Дверь распахнулась с такой сочной оттяжечкой, что мою тоску сдуло ветром, натурально. Я распрямился и убрал волосы с лица. Чтобы дико захотеть счесать их обратно на глаза. Я не должен был этого увидеть, но разлившийся по аудитории тонкий запах перегара был недвусмысленным подтверждением: это, блять, не сон. Я выпрямился, подвинул к себе листок, игнорируя смешки и шёпотки, раздающиеся то тут, то там. Времени у меня внезапно не осталось совсем. Итак, год основания первого полицейского участка в центральной части материка, когда был город более крупный, чем Небельшта...
- Эй. - это он, видимо, преподавателю, не мне, - Эй.
Так, второй вопрос я тоже помню...
- Я пришёл договориться.
Отлично! Я как раз успеваю дописать работу и отправиться к директору вместе с Болтоном.

***

- Вы не понимаете! Там... там бомжи! Знаете, что они делают?
Я не был уверен.
- Бомбу?
- Они... - женщина задохнулась от возмущения, так, чтобы я понял: мои опасения не идут ни в какое сравнение с объективной реальностью, - ПИСАЮТ!
- НА БОМБУ?
Я что, это вслух сказал? Жалующаяся гражданка уставилась на меня. Я уставился на преподавателя. Преподаватель смотрел куда-то в сторону Морхеда, чьё подвижное лицо хранило каменное выражение. Готов спорить на что угодно, что ещё мгновение назад оно было несколько иным.
- Харкер, выйдите, прогуляйтесь - наконец, скрипуче произнёс старый ворон, - Непохоже, что вы в рабочем настроении.
Мне оставалось лишь покорно подняться с места, гадая, как же это произошло. Как я оказался так близок к фолу.
- Бо...
- Да иду я, иду.
Мой верный друг, разумеется, покинул помещение вместе со мной. Иначе как ему надо мной смеяться?

***

Это было ужасно. Я сидел в весьма неудобной позе, одной частью зада съехав в сторону пола, другой всё ещё узурпируя стул из последних, понятно каких, сил. Одной рукой я в лучших традициях старых гравюр из сказок о рыцарстве придерживал на опущенном вниз колене бьющееся в судорогах тело. Похоже на фильм ужасов. Все эти мысли прокручивались в моём отстранившемся, отрицающем реальность сознании, пока свободной рукой я безмятежно заталкивал край собственного свитера в рот страдальцу. Юноша только спазматически трясся и иногда, когда я не был достаточно бдителен, слышался приглушённый скулёж. Возможно, мне чудилось спросонья и с перепугу, но на глазах друга выступили слёзы.
Безумец. И я - не лучше. Представляю, как мы выглядим сейчас, и не могу не думать о том, какую дилемму своей мизансценой создаём для прочих зрителей драмы. Для одногруппников, то есть. Они явно не знают, кто болезненно веселит их больше: наш в край юродивый дуэт или же самозабвенно отчитывающий Очень Важную Информацию По Грядущему Субботнику зам Самого Главного.
Потому что он козодой. Я не расист и считаю, что смертельно опасны мудаки всех рас, но эти птицы с вопиюще... с порочно... с демонически живой мимикой области глаз способны поразить кого угодно.
Я не засмеюсь. И даже не заплачу. Я просто сохраню в своей памяти эту сцену, как эталонное отчаяние.
- Морхед, - траурно шепчу я агонизирующему шакалу, - Дыши. И перестань уже свистеть.
Высшие силы. Один громкий звук - и нам конец. И спине холодно.

***

Всё могло бы быть иначе. Не в глобальном смысле, я не вижу причины, по которой я мог бы избежать полицейской учёбы и всего этого вот. Но конкретного момента в холодном коридоре на полу перед кабинетом директора мы могли бы избежать. Хотя бы на этот раз. Не так ли, Болтон?
Шакал не выглядел раскаивающимся ни на йоту. Это было бы нормально - но на его лице читалось такое злорадное умиротворение... Его золотая мысль могла бы быть не озвучена - и нас бы здесь не было. Его, меня и моих пяти листков репетиции оправдательной речи.
Морхед так хорошо выступил с докладом сегодня. Мы были такими молодцами - до победного. Но почему, почему, когда замСамого спросил у моего товарища, что побудило того выбрать профессию полицейского, шакал ответил... что он ответил.
"Вы хотели бороться с этим?" голос козодоя подрагивал от торжественности момента.
"Я хотел быть частью этого".
Лучшая формулировка мировоззрения этого лохматого придурка. Лучший повод загреметь к директору. Я думаю, во всём виноват гипнотический козодойский взгляд.


***
-современность-

- Перестань. - я с улыбкой отмахиваюсь от сбивающей с ног волны недовольства, - Лекции с живыми мясными оперативниками являются полезной практикой не только для студентов. Тебе это тоже полезно.
- Пошёл ты нахер! Если ты хочешь учить меня смирению - поздно спохватился. - огрызнулся Болтон, с отвращением отодвигающий стопку листов самостоятельных работ, - Я отказываюсь читать это дерьмо.
- С твоим литературным талантом ты, безусловно, можешь позволить себе такие заявления...
Он хохотнул, впервые слегка сбавив уровень ненависти.
- У меня были хорошие учителя.
Я знаю этих учителей с тех пор, как они пешком под стол вмещались. Но мы не о том.
- ...и тем не менее, я вынужден тебе напомнить, что...
Дверь распахнулась. По аудитории катнулась волна перегара. Я вдруг понял, что меня затопило щемящей ностальгией. Судя по тому, как распушилась шерсть на ушах Морхеда, он тоже прорицнул будущее.
- Я. - выдохнул самый проблемный обитатель курса, из последних сил упираясь рукой в дверной косяк, - Старший инспектор Болтон, сэр.
Задержал дыхание. Мироздание, как же это прекрасно.
- Я пришёл договориться!
Овации, занавес, я плавно вытекаю из аудитории.
- Пойду, к директору схожу.
Всё, можно кидать цветы на сцену, но, надеюсь, не на карьеру храбреца. Далеко пойдёт!

@музыка: KONGOS – It's a Good Life

@темы: эпизодический козодой, флэшбэк, Энтони, Северный материк, Небельштадт, Морхед, юмор

03:37 

(соавторское)

Я мог торопиться сколько угодно, но Теону насрать. Он уже достаточно большой мальчик, чтобы меня ломало нести его в руках, да и повидал он по жизни слишком много, чтобы продолжать бояться моего педологического пинка. Так что возвращались к дому мы неспешно.
В окне кухни горел свет, маячил знакомый тигриный образ. Судя по времени и по машине, что припаркована раздражающе правильно, тигра травит гостя.
Поднимались на этаж мы уже побыстрее: мне не хотелось идти до дома в одиночестве, но теперь абсолютно не заломает захлопнуть перед носом Теона дверь. Я такой социальный! А обивки на двери у нас и так давно нет. Звонок можно отключить, и не дозвонится, боров.
После вечернего променада никто не бежал в коридор нас встречать. Нас с крупным домашним скотом, кажется, даже не особо заметили, излишне увлекшись кухонными разговорами.
- Ой, да ты брось, - дружелюбно муркала Джи, гремя посудой. – Не чужие же, ну!
Я, услышав подобное, напрягся бы. И вот я услышал. И я напрягся.
Харкер коротко вздохнул, бряцнул ложкой в кружке. Неужели что-то скажет? Мы с Теоном недоверчиво переглянулись.
- Я стал встречаться кое с кем, и пока не знаю, хорошая ли это идея.
Это мы с Теоном до того недоверчиво переглянулись? Брехня. Это мы СЕЙЧАС недоверчиво переглянулись. Свежо придание, но верится с трудом. Тони и какая-то самка? Придумывает на ходу, как любой толковый начальник.
- Серьёзно? Красавец! – Поспешила поощрить его моя супруга. – Это кто-то из участка? Да? Как фамилия?
В такие моменты мне кажется, что Джи скоро начнёт прыгать на своём хвосте, как тигр из какой-то книжки про игрушки. Не помню книжку, но на картинке хвост был ужасно пружинистый.
- Шепард.
На кухне повисла тяжёлая сценическая тишина. Я, только закончивший разуваться, напрягся не столько от ответа старого товарища, сколько от вакуумной паузы.
- А, ну, ёпта, - тигра будто бы махнула рукой или что-то в этом роде. – Ну, бывает, конечно. Только он женатый – это у вас нормально?
Теон как бы смотрел на меня и говорил «приятель, это – полное дерьмо». Под его тяжёлым взглядом я замер в нелепой незавершённой позе. Мне было реально не по себе. Я был почти что готов уйти. Нет, уехать. Откуда там Грэйвхард?
- Я об Эвелин. – Мой внутренний взор прям отчётливо видел, как ни один мускул на сонной задумчивой физиономии не дрогнул. – Старшая дочь Шепарда.
По кухне прокатился счастливый и заливистый тигриный смех. По мне, мать их, прокатилась первая седина. Технократы, уроды, так и умереть можно!

@темы: Джиневра, Морхед, Небельштадт, Северный материк, Теон, Энтони, соавторское

13:12 

- Вот. - помявшись явно исключительно для приличия, Стоун положил на стол передо мной бумагу.
- Джон, присядь, пожалуйста.
Я пытался к нему обращаться на "вы", честное слово - пытался! Но если Морхеду он как сын, а мне этот подонок (и я про Болтона, разумеется) как брат, то нервно переминающийся с ноги на ногу хаски мне выходил племянником!
Пес пошевелил носом, поправил пятерней лезущие в глаза волосы и послушно сел. Ссутулился было, но сразу же вышколенно выпрямил спину. Сразу видно молодых специалистов!
- Я уже в курсе. Здорово, конечно, что ты отбираешь хлеб у моей помощницы, - при упоминании Эльзы собеседника мелко дернуло, - Но тебя опередило начальство участка Арглтона. Звонили пару часов назад, пытались узнать, как ЦПУ Небельштадта сумел так зажраться, чтобы из провинции кадры перетягивать.
Говоря это, я одной рукой подпер щеку, второй подтянул к себе прошение о переводе. Одновременно читать и следить за реакцией Джона было бы трудновато, если бы я не знал макет таких бумаг наизусть. А так взгляд сразу же выхватил все необходимое, и в дальнейшем я отвлекался на содержимое только чтобы не очень смущать подчиненного. Ну и чтобы дать глазам отдохнуть от его ВЗГЛЯДА. Не знаю, как в одном рослом существе может вмещаться одновременно столько уверенности, неуверенности, надежды и чувства вины за то, что я вообще ввернул как шутку. Талант, чего и говорить. В такие моменты мне почти жалко друга. Но только самую чуточку.
- Расслабься. Я сказал им, что коль скоро им чудится пропаганда повсюду, то им надо не ко мне, а к Коре. А еще лучше - завести своего специалиста, и тогда работники разбегаться, глядишь, будут меньше.
ЭТИ ГЛАЗА.
- Ладно, ладно, я всего лишь отправил их со всеми жалобами к Эльзе.
Судя по выражению лица, с точки зрения Стоуна первый, исключительно хамский, вариант был много лучше реального. Ну увы, никто не говорил, что я гуманный, не так ли? Должность, хроническая усталость и всякие там давления-напряжения не делают меня миролюбивее. Это я просто спокойный.
- Итак, Филипп Грейвхард, солидно лет от роду, в полиции Арглтона в лучшем случае с пеленок, профессионал с хорошей характеристикой. - я мог бы процитировать и с закрытыми глазами, но очень стал бы велик соблазн мелко задремать, - Приличным... да нет, неприлично серьезным послужным списком. Всячески титулован... хм... как думаешь, если подпишу прошение, меня из местного ПУ пришлют кого-нибудь дико убивать? Ну, за наглость? Или сразу делегацию? Лучше первое! Не так занудно... Кхм-кхм.
Стоун взволнованно махнул хвостом в ответ на мою тираду. Как я понимаю, он не был уверен, договорил ли я. А я все никак не мог перестать юродствовать. Заработался. Наверное, это из-за распаханного бока, я всегда ужасно вредный и общительный, когда раны мешают свободному движению тела. Ну и это-же-наша-любимая-собака-в-ЦПУ, как мне с ним не похохмить? Хотя бы односторонне. Солнышко всей нашей псарни впервые ко мне с просьбой.
- Если ты рассчитываешь, что по переводу мистер Грейвхард заменит твоего напарника... - начал я.
Джон так ззаразительно хохотнул, что меня тоже едва не пробрало. И пояснил:
- Вы что! Морхед же мне как отец!..- он кашлянул в кулак, - То есть... Старший инспектор Болтон? Или раз как второй отец, то по имени годится?
Умеет парень грузануть. Но тут он сам себя прервал, тряхнул буйной смоляной гривой, хлопнул себя по ноге и заговорил, сопровождая свою непривычно живую речь не менее живой жестикуляцией. Я пытался понять, в чем подвох, но слушал.
- Харкер, послушайте, я понимаю, что итоговое решение принимать все равно вам, но я хотел бы выдать мис... - он осекся, сообразив, что мне "мистер"нуть забыл, а объекту разговора регалию почти выдал, и быстро поправился, - Грейвхарду личную рекомендацию. Я здесь не так давно работаю, но смею предполагать.
Высшие силы... Высшие-высшие-высшие силы...
- Да! Что вы учтете то, что я скажу. - хаски наклонил уши вперед, - Хотя бы немного? В общем, я по долгу службы в Арглтоне со многими полицейскими общался. И с бывалыми, и с молодняком еще зеленее...
Прищурился, качнул ушами. Не уверен, зеленее ли.
- ...меня. Но Филипп - действительно хороший оперативник. Он здорово ориентируется на местности, мы вместе ходили на стрельбище и полосу препятствий. А еще...
Происходило столько всего! Я едва успевал. Во-первых, меня посетило дикое в своей ясности осознание, что Джон так сбивается потому, что действительно уверен в предмете разговора, хоть и сомневается касательно деталей. Во-вторых, за его спиной в кабинет черной объемной (весьма) тенью проскользнула старшая Батори. Ее несносной младшей сестры мне здорово не хватало, но как я слышал, она неплохо устроилась в Восточном участке. Я постарался, чтобы ее новая работа не была сильно хуже, нежели в ЦПУ. Она милая девушка.
Мышь тем временем остановилась, сразу же став похожей на статую. В руках у нее была тонкая пластиковая папка. Склонен полагать, что это заключение по малость надкусившей меня твари. Личный запрос - вид явно отличается от типичных представителей. И... что?..
- Мы как-то попали в ситуацию. Ну. Ситуацию! Арглтон достаточно глубоко в лесу, и этого следовало ожидать - нарвались на оборотня.
Лицо Вивьен, так и стоящей позади говорящего, не менялось совершенно.
- Я думал: все. Так нет же! Благодаря подготовке, смекалке и умению быстро ориентироваться мы смогли его загнать аккурат на группу спецов! Число летальных исходов за случай - ноль.
Батори посмотрела на затылок Стоуна. Потом на меня. Потом приоткрыла рот, передумала говорить и просто закатила глаза. Мне... жаль. Я ничего не могу сделать.
- Я слышал об этом случае. Из сопроводительных отчетов к твоей командировке. - отодвигаю лист, успеваю бросить виноватый взгляд Королеве Мертвых, который она, впрочем, презревает.
Там было написано: "Несмотря на внешнюю неуверенность, профессионализм мистера Стоуна не подвергается сомнению" и так далее.
Стоун заерзал, обернулся на Вивьен, торопливо подпрыгнул с насиженного места и вежливо поздоровался. На каменном лице патологоанатома образовалось подобие вежливой улыбки.
- Где кошка? - настолько мягко, насколько она могла, уточнила женщина после того, как ответила на приветствие.
- Кефир сторожит.
Высшие силы! Он еще и пошутил. Серьезно дело. Надо Морхеду сказать: его мальчик совсем вырос и даже нашел себе друга. Пусть хоть раз у этого поганца (все еще о Болтоне) будет честный повод основательно наебениться.

Холодно сегодня на улице. А я, как назло, не могу торопиться, потому что несу небольшую башню из картонных подстаканников и самих стаканов с горячим кофе. У меня сегодня неофициальный День Заботы о сотрудниках Одиннадцатого отдела ЦПУ. В сумке еще пончики лежат, но там уж как кому достанется, моя щедрость имеет пределы. В конце концов, праздник локальный, даже, скорее, мой персональный - и абсолютно беспричинный.
Ладно, почти. У меня исключительно поганое настроение. Я как раз сегодня выхожу с трехдневного отгула. Я себя ужасно скверно повела, внезапно, хоть и по бумагам законно, слившись с работы и наврав друзьям, что я еду болеть к родителям. Я болела исключительно дома, глядя в потолок и бесцельно страдая.
И чтобы как-то искупить стыд из-за произошедшего, о котором все равно никто не знает, а кто подозревает - тот веско промолчит, я несу коллегам ништяки. У меня все, кроме выпечки, под расчет. Морхеду с Джоном, Коулу с Генри, Второму, Каю и себе любимой. Народу в отделе, понятное дело, много больше, но у нас весьма явно выделяющаяся компания, никто не удивится. А не принести кофеек Второму... Было бы ужасно бессердечно с моей стороны, бедняжке живется куда более тяжко.
Я кивнула рослому коту из спецов, открывшему и придержавшему для меня дверь. Парень насилу улыбнулся, поправив повязку, скрывающую левую часть его лица, и насыщенно-винного цвета волосы, длинный хвост которых неведомым образом оказался переброшен через плечо. Как его зовут? Кажется, что-то на "Ри". Ребят из Седьмого я даже не запоминаю. У специального отдела больно бодрая текучка.
Проскакиваю по коридору важным торопливым шагом, иногда коротко с кем-то здороваясь. Подъем по лестнице, поворот и нужная мне дверь. Открытая, разумеется.
Морхед увлеченно раздражает Генри пристальными взглядами на его крупные уши, Коул дремлет за столом, Второй - ВНЕЗАПНО - с народом. Сидит и залипает в окно. Но это с народом.
Кай, разумеется, уже уставший. Тоскливо и яростно пишет отчет. При виде меня малость оживляется. Любишь кофе или нет, но в такое на редкость отвратительное утро это будет лучшим лекарством. Раздаю целительную жижу в модных бумажных стаканах собравшимся страдальцам. Генри рад поводу заговорить с пробудившимся от мертвенного сна старшим, Морхед рад поводу погундеть на тему отвратительного кофия, Шепард, кажется, рад моему появлению. Второй не рад ничему, но кофе взял. Это тоже нормально.
- А Стоуна куда потеряли? - я опираюсь рукой о край стола Кая.
Морхед много значительно хмыкает и развивает тему гадкого кофе с усиленным рвением. Шепард морщится, как от зубной боли. Испытываю неприятное ощущение подозрения. Навроде укола. Что-то тут не так. Какая-то... как бы это... подстава?
- Да вернется он сейчас. - машет рукой лис, сдаваясь.
- Или нет? - сарказмирует шакал со своего места.
Смотрю наверх. Смотрю наверх и только потому не сразу замечаю возвращение героя. Стоун неприлично доволен и улыбается более чем уверенно. Сопровождающий его мужчина как раз заканчивает какой-то, вероятно, весьма ироничный рассказ о некой бричке. Свежо. Я разглядываю вошедшего волка, пожалуй, слишком пристально, но ничего с собой поделать не могу. Высокий, выше меня. Серый, с темными пятнами. Глаза серые. Одежда полуофициальная, стильно мятая, как у любого работающего сотрудника. Очень знакомая ухмылочка.
Лицо Шепарда окисляется со всей доступной стремительностью. Значит, мне не показалось. Вернее, не только мне показалось.
Вздыхаю тяжко. Вот, значит, тот самый герой, гроза оборотней родного города? Хочется браниться, но решительно не могу подобрать дельных выражений или хотя бы слов. Все "блять", "пиздец" да "нахуй это все". Предвзятость - это гадко. Не могу справиться.
Покидаю уголок недовольства (Морхед и Кай еще никогда не были столь солидарны) и направляюсь к вошедшему дуэту. Протягиваю Стоуну кофе, который тот с родным сомнением во взгляде осторожно у меня забирает. Потом перевожу взгляд на его спутника. Смотрю ему в глаза, чтобы не замечать остаточной усмешки.
- А тебе сегодня кофе не достанется, новобранец.
Тот смеется, отмахиваясь от меня широкой ладонью:
- Понимаю: не заслужил! Нормально! Мир спасу - тогда поговорим.
Зубы сводит.
- Знакомиться будем... герой? - сама себе сейчас напоминаю вредное домашнее животное, не имеющее иных средств выражения недовольства, кроме как подойти, наступить на ногу и вызывающе глядеть.
Давай, мол, покажи, что ты из себя есть.
- Филипп Грэйхард. - он протянул мне руку.
Я, помедлив мгновение, пожимаю ее:
- Вивьен Батори.
- Королева Мертвых! - подсказал с галерки неуемный сегодня шакалище.
Отпиваю из чашки, смеряя стоящего напротив внимательным взглядом. Вот еще. Кофе ему свой отдавать.

@темы: Энтони, Цпу, Филипп, Уолтер, Северный материк, Небельштадт, Джон, Вивьен

21:12 

Вода из душевого шланга идёт весьма себе прохладная, а я никак не проснусь.
Встала я давно. Мне так кажется, по крайней мере! И даже не особо-то "встала". Скорее "вытекла из под одеял". Долго смотреть на спящего мне было боязно - вдруг проснётся? Повозилась в одном из чемоданов в коридоре в поисках одежды, потом рассматривала оставшееся в зале платье. От последнего действия и сопровождающих его мыслей что-то так расколотилось сердце, что не справилась с собой и ушла тихо-тихо готовить завтрак. Завтрак накрыла кухонным колпаком и полотенцем. Ещё малость попереживала, и ушла сидеть в ванной. Точнее, сидеть на лесенке в ванной с душем в руках. С холодным душем! Горячая вода не шла.
И вот я сижу, обливаюсь водой. Мои мысли прикованы к завтраку. Не знаю пока, что лучше, вот и наготовила разного. Меня так или иначе готовили к ведению хозяйства с детства - это я теперь только понимаю. И, когда вся семья одобрила брак, тоже готовили.
То, что мне наговорила в количествах сестра, к быту не относится. Или может и можно отнести? Не знаю. Пока что в любом разе не понадобилось! И, надеюсь, не понадобится. А если вдруг что... Ну п-ф-ф, придётся делать. Ведь как заранее извращенца различишь? - Никак! С виду бывают всякие милые в общении личности. Юристы, например, какие.
От мыслей о подобной перспективе я поёжилась с бОльшим чувством. Будто бы и без того холодной воды мне не хватало!
О чём же я думала? А, ведь точно. Я же теперь хозяйка, прямо как мама. Прямо как мама, которая последний месяц меня ежедневно экзаменовала. Мне кажется, что настолько набитым наш холодильник не был никогда, а на полу и мебели пыль не будет оседать неделями чисто от ужаса. Хотя о чём это я? Теперь не "наш" холодильник, а "родительский". "Мой" холодильник за стенкой на кухне стоит. Вроде бы как.
Обо всяком таком мне как раз говорила бабушка. Знающая жизнь на всех фронтах леди-командор вела со мной долгие беседы про то, как непросто жить в браке. Особенно-то "с военным". Хотела убедиться, понимаю ли я как это всё сложно и ещё опасно. Знаю ли я, в каких условиях и с каким характером мне предстоит жить. Готова ли я на чемоданах жить, ночами не спать, в больницу обеды и ужины возить. Короче говоря, жизнь - не мармелад. Я в курсе.
Проще всего было с папой! С ним вообще всегда проще всего. Он ко мне подошёл, за плечи взял, в глаза взглянул, и сказал "слушайся мужа". Я кивнула. И вот! И вся любовь. Буду слушаться, как миленькая буду. Уже делаю в этом успехи! Ещё суток нет как мужняя жена, а всё по его плану. Сейчас в недельном отпуске. До того, только став невестой, подписала все бумаги о переводе. Закончится отдых - выйду уже на другую работу.
Нет. Не в том смысле, что я как-то чего-то не допонимаю или ещё что. Я всё знаю, всё понимаю. Это только одинокие самоубийцы или ещё какие психи в "поле" работают. А я же теперь не такая - у меня теперь семья. Дом, опять же, надо хозяйство в поте лица вести. И теперь мне на работу позже приезжать, меньше делать, раньше уезжать. Не для этого я четырнадцать лет училась, конечно, но это же ничего? Теперь главное - дом.
"Наш дом". Я была в этой квартире до вчерашней ночи буквально несколько раз. Вроде как в гости забегала. Потом мы приезжали сюда составить список вещей, которые надо докупить, и снять некоторые мерки. И вот ещё позавчера мои чемоданы завезли. Всё.
И ведь теперь всё действительно как мы и "намеряли". Остались недоучтённые мелочи типа сковородки побольше, но это-то фигня. Основной массив выполнен. Стоят пустые полки и шкафы - пользуйся! А я не пользуюсь не только из-за того, что шуметь боюсь. Я боюсь в квартире что-то трогать, будто в гостях. Даже в холодильник полезла нехотя, продукты брала через силу. Но взяла, потому что эти мои страдания тупые вообще в бред скатились!
Может, я так думаю, мне было бы проще заселиться в новый дом. Там же всё с чистого листа, или как это говорится? А я в чужой квартире. Здесь всё зашибись как прекрасно и без меня. Так прекрасно, что я даже зубную щётку обратно в косметичку засунула.
Хотя, меня ведь тоже к "переезду" подготовили-то. Чемоданы хотя бы - у меня их отродясь не было. Много новой одежды, включая домашнюю. Теперь по дому в растянутой майке не походишь, только "новая" "женская одежда". Еле кружку свою отбила! - И ту хотели новую, чтобы к выбранному сервизу подошла.
А я ведь всё понимаю, ну серьёзно. У меня теперь другая жизнь в другом месте. И ведь не принуждал никто! Все только одобрили, соглашалась я сама. И из дома меня не выгнали, а перевезли. Даже не особо-то далеко перевезли, можно пешком дойти. И связаться никто ни с кем не мешает - вот только утром с Ленор переписывались.
А всё равно такое чувство, будто бы. Не знаю. Не из дома выгнали, так непонятно как жить осталась.
В дополнение к моему бреду ещё и слёзы накатили. Вот уж здорОво, приехали! Я опустила руку с душем на колени, а свободной начала тереть глаза.
Не знаю, чего это меня так кроет. Устала, может быть? Так вчера, как только я на празднике стала сникать, мы уехали. Гости по большинству своему, кстати, и не заметили особо. Или это меня так с таблеток кроет, которые я во время умывания вечером съела? Так если бы был у них какой эффект, сестра бы не советовала... И не болит ничего.
Сомн его знает, короче говоря, что со мной! Страшно просто, и всё тут. Боязно.
Я так углубилась в "анализ образа литературного героя", что чуть не прохлопала звук открывания двери. Сперва струхнула малость, будто старого мало, - а то как меня увидят без одежды? Совсем отупела, честно. Всю жизнь не стеснялась общих раздевалок. Всю жизнь верила в то, что занавеска в ванной реально закрывает. Да и... Ну п-ф-ф... Чего он вчера не увидел?
В момент, когда занавеска съехала в сторону, я как-то в логике ситуации совсем подрастеряла. Сразу как-то совсем неловко себя почувствовала, и осознание возможно покрасневших глаз пришло, и глаза эти ну совсем не оторвались от смесителя передо мной. Паралич разбил, точно. В жизни ни на учёбе, ни на работе не стопорилась, а тут вдруг чего-то...
Сначала я осталась без душа. Потом в поле моего зрения появилась рука. Рука эта сделала страшное колдовство - с силой надавила большим пальцем на неподатливый красный вентиль. И тёпленькая пошла! Кто же знал?
Пока я парализовано удивлялась местным порядкам, меня стали купать. В смысле ополаскивать водой, но уже тёплой. И случилось совсем глупое. За миг "до" мне на голову прямо промеж несинхронно подёргивающихся ушей мягко легла рука. И вот тут-то это странное, совсем глупое и случилось.
Все мои мрачные мысли и нытьё как ветром сдуло. В груди стало тепло-тепло. Я не умаляю заслуги в отогревании меня горячей водой, но! Думать забыла обо всём. Возникали только какие-то странные бессвязные мысли о том, что знакомы чуть ли не с самого моего детства, о том, как мне приятно теперь находиться рядом, и какие же все мои проблемы глупые, и не знаю. Какое красивое имя. Нравится произносить. Люблю очень.
Глазом, в сущности, не успела моргнуть, как оказалась в полотенце. Мягко и тепло. И ещё мне нравится быть на руках. Точно нравится.

@темы: Небельштадт, Северный материк, Эвелин, Энтони, будущее О:, соавторское

21:10 

Все счастливые школьные годы (может и чудесные в детском саду - я не помню точно) бравый педагогический состав хором твердил, что по мне плачет тюрьма. Вот не позднее как два дня назад я поступил на учёбу в полицейскую академию - приблизился к установленной цели с тыла, так сказать. Да, такой вот я целеустремлённый!
Первое, самое сладкое время, я разумно потратил на то, чтобы освоиться на новом месте учёбы. Узнать, кто у кого в плену, вызнать за подполье, скооперироваться с местным населением и приглядеться к свежему преподавательскому составу. Не в том смысле, что все местные светила наук были мне незнакомы - я знал некоторые. И "некоторые" знали меня. А потому, не дожидаясь, так сказать, перитонита, меня под белые ручки упекли на склад. Вроде как превентивно наказали, чтобы я не наворотил дел. Браво, браво. Тактика и стратегия на высоте! Только вот с логикой у корифеев полицейского ремесла (одной из древнейших, между прочим, профессий!) случился затык. Иначе как объяснить то, что они так скверно оценили мой злой гений, мой полёт деструктивной фантазии?
К бабке не ходи, я уж точно найду как воспользоваться местными возможностями и ресурсами.
Спустившись в подвальное помещение, я окинул его взглядом в поиске моего будущего учителя, товарища и друга - заведующего хозяйством. Он был должен в свою очередь научить меня любить родную академию, действовать во благо общества, и всяким другим полезным примочкам. Словом, привлечь меня к общему делу и воспитать личность.
Задумчиво топчась у слабо освещённой лестницы, я без особого интереса принялся рассматривать стены. Чутьё меня не подвело - тут натурально было на что поглядеть. Моему взору искушённого ценителя народного творчества предстала знатнейшая наскальная живопись, разбегающаяся паутинкой от лестницы во все удобные для автором стороны. Изображения и памятные надписи, любовно выцарапанные поверх лимонной масляной краски, доступно и полно поведали неоперившемуся птенцу (мне) о всех горестях студенческой жизни. Стена Плача, не иначе как. Печальные заметки время от времени разбавлялись краткими, но сочными характеристиками учителей и старших по званию. Я внимательно ознакомился с каждой из них, благодарно впитывая опыт былых поколений, и тут же столкнулся с пугающим своей нелепостью обстоятельством - о моём дражайшем наставнике, можно сказать дядюшке, Шепарде не было ни слова. То есть как это получалось? Годы уйдут, эпохи сменят друг друга, а о великом капитане и не вспомнят! Возмущению моему не было предела. Я был потрясён, буквально раздавлен.
Я в срочном порядке всё исправил, и быстро заскучал. Завхоза не приходилось и ждать, и я принял решение осмотреть склад самостоятельно. Всё же развлечение? И для расширения кругозора полезно.
К своему удивлению (признаться, лёгкому) я обнаружил на мешках в самом углу мирно спящего опоссума. Кроме состояния глубокого сна и нехарактерного для опоссумового окраса жёлтого пятна на шее его от прочих "местных" ничего не отличало. Выбора у меня особого не было, а потому я охотно признал в праздно проводящем время заведующего хозяйством.
Как будить завхоза? Точно я не знал. Но, как мне казалось, традиционные методы были бы бессильны. А мне требовался мгновенный результат! Прикинув что и как, я подошёл к "изголовью кровати" и, приготовившись на всякий случай отражать внезапный удар в челюсть, быстро и тихо заговорил:
- Чужое. Халява. Взять-взять.
Опоссум моментально открыл глаза и, выкатив их на меня, удивительно низким (я не ждал) голосом уточнил:
- Что будем пить, девочки?
Мне вдруг почему-то показалось, что мы поладим.
Стоит ли упоминать о том, что мой личный сорт домомучителя пах достаточно странно? От него РАЗИЛО. Но, может это так со всеми завхозами? Не знаю.
Всякие военные фамильярности пришедшего в чувства опоссума не интересовали. То есть я мог говорить с ним нормально и не держать себя так, будто бы у меня в заднице лом. Больше душевного собеседника заинтересовало наличие или отсутствие у меня сигарет. Я рассудил, что за годы учёбы буду сверзнут в эту пучину не раз и не два, и хорошо бы вот так задёшево начать зарабатывать лояльность местной "власти".
Пока завхоз неспешно закуривал у единственного крохотного окошка, я скептично пересчитывал таблички, шкафы, ящики и цистерны с запрещающим символом, сулящим нам красочный и последний в жизни фейерверк. Ну, что поделать? Кури быстро, умри молодым.
- Колфилд, - коротко представился он.
Я тоже представился. И тоже коротко. В ответ опоссум понимающе покивал, после чего перевёл взгляд на тщедушное заляпанное окошко и начал свой рычащий неспешный монолог:
- Обычно мне задают три вопроса: "что ты здесь делаешь?", "сколько тебе лет?", и "почему у тебя шерсть окрасилась?". Начну с последнего.
Завхоз совершил колечко из дыма.
- Шерсть у меня окрасилась оттого, что я пролил на неё авиационный растворитель. Лет мне тридцать девять - скоро юбилей. А здесь я прячусь.
В ответ на мой немой вопрос собеседник сделал пояснение:
- Прячусь от жены и тёщи. Они хотят меня отдать спецовому мозго...ну ты понял кому. За убеждения.
У меня тут же возник новый вопрос. Для ответа на него Колфилду потребовалось подозвать меня ближе к окну.
- Видишь суслика?
Я присмотрелся. В парковой зоне никого, кроме дремлющего на скамейке Харкера, не было. Ну, чисто на мой взгляд. То, как я задумчиво мотнул головой, спровоцировало новую реакцию:
- Вот и я не вижу. - Опоссум медленно моргнул. - А он есть.
Твою ж мать. Не менее неспешно закуривая, я протянул бесцветное "понятно".
- И Бог есть. И не один - два. - Тут же сообщил мне завхоз. - Проходят тут иногда вдоль забора. Всё не решаюсь к ним подойти. Есть у меня к ним пара вопросов...
Обещало быть весело.

@темы: флэшбек, соавторское, Энтони, Северный материк, Небельштадт, Морхед

00:45 

Я поднял взгляд от бумаг, оглядывая сидящих перед моим столом.
Паркер сидел ровно, сцепив замком лежащие на коленях руки. Иногда поводил ушами, иногда мелко шевелил кончиком хвоста. Жестов минимум, но они присутствуют: нормальная, живая реакция, соответствующая его заявленному в отчетах и выписках характеру. Взгляд серьезный, колючий, авансом немного насмешливый.
Сидящий справа от лиса Эванс выглядел куда более расслабленным. Летучий мыш сидел чуть сутулясь, крылья сложены неплотно. Но эта кажущаяся беззаботность могла бы обмануть лишь недостаточно внимательного наблюдателя: на самом деле, в отличие от своего соседа, Эванс не двигался. Как сел, зафиксировал себя в одной позе - так больше и не шевелился. Ну, разве что иногда прикрывал глаза или переводил взгляд с меня на Паркера. Наши взгляды встретились. Я какое-то время с неуместным, наверное, любопытством смотрел, как медленно его глаза меняют цвет с искрящегося желтого на глубокий янтарный. Не совсем одновременно.
Захватывающе.
Я снова тихо вздохнул, уткнувшись в бумаги. Я, вообще-то, их уже прочитал. Раз... шесть? Я не помню. День тоже был долгий.
Итак, что мы имеем? Чудо-стрелок с весьма достойными показателями, стаж работы в одном из западных участков - около пяти лет. Импульсивен, подчас демонстрирует слабое принятие субординации, склонен к некоторой анархичности.
Асоциален.
Да ну?
- Вы можете закурить, если хотите. - потянувшись за сигаретами, оповестил я.
Мои теоретические будущие подчиненные мелко зашевелились. Оба курят. Ну, что поделать. Работа у нас такая. Располагает ко всевозможным вредным привычкам.
Я подтянул к себе одну из папок, лениво открыл.
Второй... второй - хороший оперативник, четко следующий инструкциям и нарушающий их лишь в тех ситуациях, когда не видит иного выхода. Высокая адаптивность к стрессовым ситуациям, наличие повышенной расположенности организма к восстановлению. Легко уживается с любыми напарниками. Стаж работы два года. Из них в специальном отделе... два. То есть, этого молодчика сразу после академии загребли проходить практику среди творческих бойцов с нечистью. Случай не самый частый, обычно желающих попасть в специальный отдел отбирают еще в академии и обучают отдельно, требуется очень много бумажной волокиты... В общем, поэтому у нас все так плохо со спецами - при такой-то текучке кадров!.. Маги, само собой, помогать не торопятся, только если припекает до абсолютного кипения. Тогда эти засранцы, само собой, расчехляются... я отвлекся.
Но оба претендента на перевод хранили спокойствие, мирно выжидая. Оно, конечно, понятно, идиотом никто из них по отзывам не является.
- Ваши характеристики, пожалуй что, впечатляют. - негромко говорю я севшим от усталости голосом, - Но у меня есть пара...
Дверь открывается. Нет. Распахивается. Нет... да и Пустота бы с деталями! Куда интереснее то, что Эванс повернулся к двери даже раньше, чем она открылась.
- Харкер! - голос Эльзы просто звенел металлом, - Болтон опять отказывается писать объяснительную!
Я замер с открытым ртом, но, сообразив, торопливо заткнул себе пасть сигаретой. Потом сообразил, что Эльза НЕНАВИДИТ, когда я курю на рабочем месте. И сигарету вытащил. Потом сообразил, что переводные тоже курят. И вернул никотиновую палочку на место.
- Поразительно. - игнорируя оживление лиса, протягиваю я, - Напомни-ка мне, Болтон, за что объяснительная? Уж не за...
- А я не знаю, чего от пытаются добиться! - прорычал Морхед, которому явно не добавлял настроения ни поход до моего кабинета, ни перетянутая бинтами рука, - Я не знаю, что с этой выдрой делать! Пристрелить могу, например! Я замечательно умею пристреливать, хочешь, покажу?
Я аккуратно вытащил сигарету, медленно выдыхая клубы сизого дыма.
- Продемонстрируешь свои таланты позже, старший инспектор Болтон.
Игнорировать душераздирающе ледяной взгляд моей помощницы трудно. А вот взгляд Эванса, глаза которого постепенно становились сапфирово-синими, я нахожу сочувственным. Спасибо, мне приятно.
Но начавшийся театр абсурда и не думал заканчиваться.
- Харкер! - кажется, девушка вот-вот от души топнет ногой, облаченной в бескаблучную пародию на туфлю, - У этого учреждения есть правила, и правила написаны для всех!..
Я молча переложил пару листков. Шепарда цитирует. Вы поглядите, какая достойная смена растет. Не то, что я.
А вот шакал, кажется, в отличие от негодующей Эльзы, обратил внимание на то, что я занят. Вернее, чем, нет, кем я занят. Но я бы предпочел, чтобы он обратил внимание, что может съебаться. Сам себе злобный кто угодно в таком случае.
- А это что? - почти весело уточнил Болтон, шевельнув ухом, - Свежая кровь? Самое то! Может, кому-нибудь из них устроим проверку Стоуном?
- И не надейся. - буркнул я, - Он же тебе как сын!
Мой собеседник поморщился более чем выразительно. Эльза на заднем плане требовала внимания. Даже что-то начала говорить. Паркер заозирался со все возрастающим интересом, заставляя меня всерьез обеспокоиться тем, что произойдет, если закоммуницируют два эмоционально вовлеченных маньяка. И без того его характеристика и улыбочка нагоняла на меня тоску и ностальгию.
Так. Все. Хватит. А то я и впрямь на них всех натравлю Стоуна! По очереди! Или сразу? Пусть помучаются, изверги.
- Вы, кхм, можете идти!.. - я слегка повысил голос, затушив окурок о стол (почти услышав, как екнуло сердечко моей излишне переживающей сотрудницы); чтобы внимание обратили вообще все собравшиеся, пришлось хлопнуть ладонью по столу, - Все свободны! Кроме...
Ах, злорадство.
- Кроме уважаемого старшего инспектора.
- Вопросов, я так понимаю, не будет? - рыжий лис поднялся с места, захватив с пола свой рюкзак.
- По ходу дела разберемся! - я прищурился на него, чтобы не забывался парень, с кем разговаривает.
Я могу очень серьезный прищур собрать, между прочим, если захочу.
Спасибо летучему мышу. Он тихо и мирно покинул насиженное место, так же тихо подошел к моей помощнице и за пару реплик разрядил эту ходячую атомную бомбу, переключив ее внимание. Потом окликнул лиса, и они, наконец, удалились.
Дверь не закрыли, сумрачно подумал я, в лифте родились. Потом я поднял взгляд на малость скисшего Морхеда. Открыл ящик стола и выудил из стопок бланк объяснительной. Оглядел его, как художник будущее полотно, и с тем же градусом кисляка в улыбке положил на стол напротив себя.
- Ты стол подпалил. - заметил шакал, не торопясь подходить к столу.
- А ты - Эльзу. - парировал я, потерев мимоходом пальцем черное пятно на поверхности рабочего места, - И чуть не подпалил собеседование. Что, думаешь, тебе одному хреново?
Я повел плечом, еще не зажившим после недавнего.
- Мы же друзья, да? Типа в горе и в радости...
Но у Морхеда сегодня был день интеллектуальности.
- Ты путаешь социальный договор с брачным, придурок.
А у меня - юродствования. Кажется, происходящий на протяжении последней недели завал в результате поменял нас на вечерок (я надеюсь!) местами.
- Давай-давай, пиши. Аудитория давно не видела твоих шедевров. - я подвинул лист к противоположному краю стола и многозначительно пошевелил бровями, - Публика жаждет хлеба и зрелищ, Болтон!
- Пошел ты на хуй, Харкер! - рыкнул мой лучший друг, шагнув к столу.
- Не-не-не. - я наморщил нос, - Вот сейчас это действительно было слишком грубо.

@темы: Эльза, Шейн, ЦПУ, Северный материк, Небельштадт, Морхед, Аждеха, Энтони

23:50 

Солнце еще высоко.

Перекат. Неловкая попытка сгруппироваться особенно нелепа при падении с кровати. Но цели я достиг - на пару шагов ближе к звонящему телефону.
Видимо, подниматься на ноги придется в любом случае.
Это чудовищно больно, но если очень... ну, пусть не хочется, а именно "надо", то вполне достижимо. Вполне.
Последний вывод я сделал, завалившись плечом на стену. Наша с ней пламенная встреча едва не вытрясла из меня то ли дух, то ли мозги, что, в принципе, было эквивалентно. Еще пара неуверенных шагов, немного по-балетному изящного скольжения ладоней по стеночке, и вот - телефон мой.
- Харкер. - я восхитительно краток.
А главное, на удивление внятно говорю для того, кто мучается последствиями знакомства с особенно буйным оборотнем.
- Прекрасно, что это вы. - голос Эльзы сейчас сработал круче шпильки в ухо, - Как ваши раны?
Это такая восхитительная вежливость, от которой сводит зубы и шерсть на ушах и хвосте встает дыбом. Бодрит гораздо лучше утреннего кофе.
- Лучше, чем я ожидал. - мне пришлось предварительно прочистить горло, чтобы не звучать слишком хрипло.
- Прекрасно. - повторила эта ужасная женщина, - В таком случае вам следует быть в штабе максимум через три часа.
- Или раньше, если я не хочу жертв среди мирного населения... - пробормотал я.
- Что, прошу прощения?
Погодите, я это сказал вслух?
- Или раньше, если я хочу успеть хоть что-то. - страдальчески закатив глаза, поправился я, - Продержишься?
- Разумеется. - от одной мысли о том, какое эта дама сейчас делает лицо, мне стало смертельно кисло, - Не затягивайте.
Гудки.
Я чуть отстранил трубку от лица, переведя на нее почти мечтательный взгляд. Даже, значит, на мгновение рассеянно улыбнулся, прежде чем сообразил, что стою, как распоследний придурок, в трусах и бинтах (причем, кажется, уже основательно окровавленных и требующих замены), и улыбаюсь. При том, что мне надо в таком состоянии (и я не о неполном параде, сие поправимо) добраться до работы.
Твою мать.
Я посмотрел в окно, даже не щурясь на бьющий через стекло не по-весеннему пасмурный свет.
Ну, наверное, на работе-то меня подштопают, это ночью я до целителя не добрался. Спать хотелось отчего-то больше, чем жить, да.
Пожав плечами (понять бы еще, в ответ на что и кому), я потянулся к оставленным на тумбе бинтам.
Труба зовет, Небельштадтский пес. Самое время работать - солнце еще высоко.

@темы: трудо выебудни небельштадтского пса, Энтони, Эльза, Северный материк, Небельштадт

Raise Her Hands

главная