- Хочешь послушать забавную историю? Или уже читала отчёт Стоуна?
Я улыбнулся медсестричке самой обворожительной из своих улыбок. Почему-то после моей «фирменной» меня и называют больным ублюдком. Ума не приложу: как это связано?
- Больной ты ублюдок, - процедила мышь, разрывая края бинта.
Ну вот, я же говорил! Крошка-медсестричка очень грозная, очень правильная. Каждый раз, когда я возвращаюсь, она презрительно морщит свой носик и говорит, какой я урод. Но эта нежная фиалочка ни разу, ни единого поганого разу во время своих пламенных тирад не взглянула мне в глаза.
И не надо кончать университеты, чтобы найти тому причину. Она меня боится. Боится, как и все эти больные законники в развивающихся белых плащах. Правильно, кстати, делают. Это выдает хоть какую-то работу их куриных, запудренных этикой и правом, мозгов. В глаза мне глядит только этот молокосос Стоун. Можно было бы подумать, что мальчишка весь из себя бесстрашный, смотрит опасности (да-да, самый опасный ублюдок в комнате - это именно я) прямо в лицо. Дело, увы и ах, не в этом. Просто Стоун, которому мышка-медсестричка как раз делает очередную перевязку, конченый придурок. Всё чаще склоняюсь к мысли о том, что на свою должность этот туповатый, но крайне живучий идиотик, попал через постель. Говорят же, что /имя начальника, хз кто/ любит молоденьких. А дыма без огня не бывает.
- Давно пора гнать тебя отсюда! Вивисектор!
Она так шумит, будто бы у меня не хватит сил свернуть её тонкую шейку. Или так, будто бы имеет здесь хоть бледное подобие права на голос. Но я добрый. Да-да, я - тот ещё добряк. Предоставлю крошке-мышке почву для размышлений. Может не благодарить. Но если уж ей занеможется от желания сделать мне приятно, запрещать не буду.
- Меня? Гнать? - Я хохотнул и хлопнул по карману куртки, ища сигареты. - Не советовал бы. Мы же не хотим срывать работу всей конторы, верно?
Все герои, что шуршали бумагами на заднем плане, мгновенно перестали. Ценю синхронность в работе. Хоть что-то они умеют.
- Верно я говорю, а, Стоун?
Закуривая, я в бесчисленный раз стал свидетелем этого рвущего душу на флаги зрелища. Волк, и без того не внушающий своим видом и голосом хоть какой-то уверенности в завтрашнем дне, делал не понимающее лицо. Но я настроен позитивно. Да-да, я - тот ещё оптимист. Я искренне верю в то, что, либо рано или поздно морду этого щенка посетит осмысленность, либо её разнесёт в мясо. О своих скромных надеждах по этому вопросу я умолчу.
- У нас всего один задержанный, - осторожно, не пойми к чему, изрёк этот кудрявый недоумок.
- У нас задержанный! - Я старался предать этому факту больше значимости, достижение же! - И это ты его задержал, молодец!
Правда, этот дрыщ нашему незнайке чуть не отхерачил руку. Компетентность начальства, время от времени ставящего Стоуна на работу со мной, не вызывает никаких сомнений и неинуждается в комментариях.
- Один, потому что остальных ты уложил! - Почти что взвизгнула крошка-медсестричка, махнув в мою сторону оставшимся бинтом.
Вот что за сучка? Я уже не первый месяц подозреваю, что ей пора замуж. Посмирнее будет.
В ответ на столь мерзкие, пусть и абсолютно правдивые инсинуации, я лишь пожал плечами.
- Они оказывали сопротивление при задержании. Я только защищался!
Это - ложь. И все присутствующие это знают. Но сказать, что характерно, боятся. А всё потому, что у них на меня ничего нет. Да и разве им и их семьям нужны проблемы?
Меня сейчас, по хорошему счёту, волнуют не эти дешевые игры престолов. У меня появилось дело. Настоящее дело. Такое, над которым я в полную силу работаю сверхурочно. И пусть только кто-то попробует раскрыть пасть или хотя бы подумать о возможности ставить палки мне в колёса. Я решил, что достану этого тигра и всю его шайку. И я их достану, даже если бестолочь Стоун будет лажать из последних сил. Пристрелю его, если что.
- Тело Карста нашли! - Донеслось из проходной.
Так-так, мой прогноз точен, как часы. Услышав и переварив новую информацию, вся контора уставилась на меня. Комплименты, бросьте свои комплименты.
Я медленно встал из-за стола и окинул присутствующих взглядом. Каждый боится угваздать свои белые перчатки.
- Это всё мы!
Я засмеялся весьма добродушно, но никто моей радости не оценил. Небось рисуют себе картины того, как я порешил Карста, а тело спрятал. И вот теперь еду искать того, на чью больную голову можно повесить "глухаря". Ну придурки, разве можно так обо мне думать? Если бы тело прятал я, его бы не нашли и археологи из светлого будущего.
- Стоун, за мной!
Я почти что уверен в том, что мальчишку мне навязывают из-за его внимательности. Проколюсь - он заметит, и сдаст меня с потрохами. Это интересно, я согласен. Гораздо лучше, чем попытки вырвать у меня стоящие дела. Пусть Стоун попробует. Правда, в моём случае неудавшаяся попытка - пытка.
Если враги со всех сторон, я свободно могу атаковать в любом направлении.