Обожаю торчать на кухне. Не из-за близости к съестному, хотя это, разумеется, тоже играет какую-то роль, а просто из-за странного набора ассоциаций и особенной атмосферы, чудящейся мне в этих помещениях.
Не все кухни одинаково хороши, конечно. Но на этой мне нравится. Здесь уютно почти так же, как дома.
Холли, разумеется, тоже была здесь. Или нет. Или да. Или...
Я отловила верткую тушканчика за рукав ее платья.
- Ты чего носишься?
Та моментально вспыхнула, нервно прикусив костяшку указательного пальца.
- Я... я-я... Меня... я... - она кашлянула в кулачок и протараторила, отчаянно вращая хвостом, - Мы с Нейтаном хотели в кино вечером сходить! Вот я и... собираюсь...
- По-моему, ты больше суетишься. - я вздохнула, подтягивая подружку поближе, - Безобра-азие.
Я стала одергивать фрагменты одежды - все съехало, сбилось, волосы растрепались.
- Что безобразие? - тут же забеспокоилась Блю, - Где?
- Очень много лишних движений. - пояснила я, снимая с нее ободок, чтобы поправить волосы девочки, - Прекрати так носиться, ты никуда не опаздываешь.
Еще какое-то время я, высунув от усердия язык, приводила в порядок младшую подружку, время от времени попискивающую что-то неопределенно-смущенное. Как ей удается стесняться в таких количествах - мне неведомо. Особенно, учитывая, что они с Нейтом в курсе обоюдной симпатии уже какое-то время и, кажется, проводят время с пользой.
Я невольно вскинула взгляд поверх пушащейся макушки тушканчика. Мист сидел за столом, задумчиво улыбаясь, и что-то выводил на бумаге. Время от времени его губы шевелились, как если бы кот что-то говорил. Взгляд парня был очень мягким, но немного ненаправленным. Рука кота быстро-быстро перемещалась. И если прислушаться, то, помимо сопения потерянной Холли, мне было слышно шорох карандаша.
Я сглотнула, с трудом отворачиваясь. И встретилась взглядом с тушканчиком. Она все еще явно пребывала в некоторой стадии стеснения, но улыбалась очень многозначительно.
- Холли-тролли. - немного севшим голосом резюмировала я, заставив ее возмущенно зашевелить ушами.
Пусть-пусть. Нечего тут вот.
Я потянулась к оставленному возле раковины кувшину. Подтащила к себе какой-то стакан - на нем вроде были разводы от краски, но акварель (а это, кажется, была именно она) для здоровья не опасна - и плеснула туда соку.
- Будешь? - я легонько ткнула Блю в плечико.
Та вздрогнула от неожиданности (проснись и пой, красавица!), посмотрела с сомнением на стакан. Стакан был прозрачен аки слеза младенца, а потому нам обеим было прекрасно видно, как цветная жидкость смывает со стенок и растворяет в себе цветные разводы.
- Не, что-то не хочется. - с сомнением протянула девочка, чуть хмуря брови и поджимая губы.
Экая неустойчивая она, подумала я, пожимая плечами. В отличие от меня Холли здесь вообще живет. Могла бы и привыкнуть к тому, что краска оказывается повсюду. Гм. Повсюду, да. Я шмыгнула носом и почесала свободной от стакана рукой бровь.
Холли, глядя на меня, тоже, кажись, захотелось почесаться. У нее по мере подживания шрама на лице появилась привычка его почесывать в минуты задумчивости. Часто, то есть. Хвала Высшим Силам, пока что она его не расковыряла.
...проблема, собственно, заключалась в том, что, почесывая щеку, девочка перевела взгляд на часы. И застыла.
И тут бы мне забеспокоиться! Но я же... Эх, слабоумие и отвага, все дела. Я стояла аки истукан, бдительно таращась на смену мимики Холли.
- Я же... я же возле станции должна была его встретить... через пять минут... - пролепетала Блю, прикрывая пальчиками рот.
Мист отвлекся от своего занятия и с не меньшей вовлеченностью глянул на часы, потом на Холли, потом на меня. Именно в таком порядке. Мы успели даже переглянуться.
А потом оно случилось. Блю пискнула, всплеснула лапами и, уже совсем панически заверещав, унеслась.
- Вообще-то до станции три минуты. - сообщила я, выходит, хлопнувшей двери, - А с твоими темпами...
Но Блю уже унеслась, оставив меня, натурально, обтекать. Потому что первым делом она, размахивая ручонками, пихнула именно мою руку со стаканом. Неловко, неловко. Он был почти полный, и облило меня щедро и знатно - более щедро и знатно меня б затопило только если бы я держала кувшин.
И вот в воцарившейся тишине я стояла и философски смотрела на стакан в моих пальцах.
А потом он выскользнул. Ну, знаете, как в шутке. "А потом я почему-то полетел. Понятия не имею, почему, наверное, погода летная была".
В абсолютной тиши кухни звон разбитого стекла прозвучал похлеще выстрела. Однако мной овладело странное отупение. Или просто это уже был некий перебор. Я молча качнулась назад, уперевшись спиной в стену. Мист еще какое-то время поглядел на меня, потом бросил быстрый взгляд на осколки и поднялся с насиженного места. Заглянул за холодильник, выудил оттуда... топор? Изобразил лицом сложный мимический набор и аккуратно вернул классическое орудие убийства на место.
- Веник под ванной. - отстраненно сообщила я под взглядом серьезных голубущих глаз, - Совок... Совок кочует. Вроде бы сейчас - по коридору.
Кот кивнул и исчез с кухни. Сначало было тихо, потом что-то громыхнуло. Кажется, мой драгоценный художник даже выругался. Не поручусь. Стук раздался еще раз.
Я моргнула. Повела левым ухом, прислушиваясь.
Но нет. Все было тихо, мирно и спокойно. А еще через какое-то время Мист вернулся. Слегка припорошенный пылью, но живой и относительно бодрый. На все тех же сложных, но полных неотмирного спокойствия щщах он подмел осколки. После чего немножечко позависал, видимо, прикидывая, не вернуть ли инструментарий по тем местам, где нашел, но, видимо, решил этого не делать. Только коротко вздохнул и пихнул веник с совком за шкаф. И подошел ко мне.
Я сразу же улыбнулась. Немного неуверенно и самую малость виновато. Понятия не имею, с чего на меня вдруг такой ступор напал. Глупо как-то вышло. И вообще. Кот тоже едва заметно улыбнулся, протянул руку и мазнул большим пальцем по моей все еще мокрой от сока щеке.
Я закатила глаза. Черт. Совсем забыла, что были проблемы помимо разбитой стеклянной тары. Я теперь липкая буду-у-у-у... А если еще осы налетят...
Мист задумчиво лизнул палец.
- Сладко.
- Апельсиновый же сок. - сочла нужным пояснить очевидное я (я вообще мастер пояснять очевидное).
- Ага. - кот перевел взгляд на меня; ну хоть спорить не стал, а то этот может.
Я едва подавила порыв вжаться в стену. Вот когда этот парень так смотрит, обязательно что-то происходит! Я машинально подняла руку, чтобы убрать с лица мешающую прядь волос, но кот аккуратно поймал меня за запястье, отводя его в сторону.
Ну, я же говорила? Я медленно опустила левое ухо. Кажется, это Миста насмешило, он на мгновение очень смешно наморщил нос, тихонько фыркнув. Потом потянул меня за руку к себе... и щедро так лизнул в щеку.
Ай, твою ж мать. Я зажмурила один глаз, окончательно растерявшись. Зато кот вот не терялся. Отпустил мою лапу, чтобы приобнять меня за спину, и продолжил свое черное дело. Его язык был горячим и шершавым. И, между прочим, это было... странно. В смысле, сама ситуация, не остальное. С одной стороны, ничего особенного, кошастые вообще склонны... к... э... подобным выражениям чувств. Однако меня это все отчего-то дико смущало. М-м... может, я и не так уж права, удивляясь, что Холли при уже какой-то длительности их с Нейтаном отношений все еще порой устраивает стесняшки. Сама, вон, не лу... лучше.
Я невольно вздрогнула, зажмурившись. Вообще-то... Вообще-то! На шее сока почти не было! Или с морды натекло? правда, вопрос почти сразу потерял в существенности, когда я услышала, что кот самозабвенно мурлычет. То есть, это все в целом, конечно, и так приятно. Но он так мило мурлычет! Не мурлыкать в ответ невозможно.
Ну вот. И так с дыханием трудности - оно как-то потяжелело и вообще, прерывается. Теперь вот и в переносице ощущается легкое гудение. Жди беды. Блин. Только бы не в такой мо... момент.
Опустившись немного ниже шеи, парень на какое-то время замер, мягко тычась носом в мою ключицу, потом отстранился, с живым интересом меня оглядывая. Я же просто молча смотрела на него немного снизу вверх, как-то весьма фоново отмечая, что я даже дышу через рот уже, так мне не хватает кислороду. Ладно губы не искусала - от таких-то волнений.
Как-то я... очень беспомощно себя почти каждый раз ощущаю. Очень странно. Но не неприятно. Просто странно. Я опустила и второе ушко. Медленно. Неуверенно.
Мист снова заулыбался (и ведь даже в коварстве не обвинишь, такой у него все время невинный вид! ох уж эта голубоглазость...), аккуратно коснулся языком моих губ и прошептал... нет, даже скорее выдохнул, обжигая мою кожу своим дыханием:
- И впрямь апельсиновый.
- Я бы не стала тебе врать. - сделать голос обиженным у меня не получилось - так он дрожал.
Я обняла парня за шею, притягивая обратно к себе.
Спине было прохладно. Стена - холодная. А кот... а прижимающийся ко мне кот - очень теплый.