Стук лезвия о деревянную поверхность разделочной доски.
В традиционно открытое кухонное окно ветер заносит голоса прохожих и шум музыки, играющей в чьем-то магнитофоне. Вдалеке ездят машины.
Слева, на плите, в кастрюле медленно закипает вода.
Я прислушиваюсь, присматриваюсь, принюхиваюсь к происходящему так, будто бы сложилось все в единую картинку только сейчас. Я уже какое-то время пытаюсь уловить, что же меня озадачивает в нынешнем течении моей жизни, что.
В то время как это - так очевидно. Ответ все это время был на поверхности.
Я качнула головой, невольно улыбнувшись, поправила заколку, удерживающую боковые пряди с правой стороны головы, более длинные, чем остальные волосы.
Дело в том, что сегодняшний день - не удачное стечение обстоятельств, это... ну как традиция. То, что мне надо успеть приготовить ужин к вечеру, до того, как все так или иначе придут домой. Это трудно объяснить словами, но, сколько я себя помню, почти всегда я и Макс обедали (и завтракали, и ужинали) напротив пустых стульев родителей.
И я даже не сразу осознала, что этого больше нет. За столом нет пустых мест, занятых однажды, почти заочно и почти никогда не занятых физически. Если не каждый день, то через день вечером мы все равно соберемся всей толпой обитателей квартиры. И я снова буду с легкой растерянностью и тревожным восторгом наблюдать за остальными, время от времени пряча улыбку в чае. Как если бы мне было неловко, заметь ее кто-то другой.
Макс ноет, конечно. Что я вроде как бросила его одного. Я могу понять чувства брата, но, во-первых, родители сейчас в городе, и бывают дома чаще, чем раньше, а, во-вторых, он уже лоб здоровый. Пора заводить свою семью. В первый раз не вышло, ну так что ж теперь, не пытаться больше?
Шаги позади я услышала в последний момент, так сильно я задумалась. Исходя из того, что в дома сейчас только я и очень творческий, а я, все-таки, у себя под присмотром, это - Мист.
Пока я проводила это нехитрое расследование, кот меня обнял и потерся щекой о мое плечо. Устал, думается - опять целый день рисовал. Пусть немного отдохнет, а потом я попробую его аккуратно потыкать, чего он там сваял.
Я погладила руки кота, обхватывающие меня за пояс, и промурлыкала что-то невнятное, но однозначно ласковое. Мист тихонько фыркнул практически мне в ухо и затих.
Пользуясь тем, что художнику в голову не пришло каких-нибудь требующих немедленного воплощения идей относительно моей персоны, я вернулась к прерванной готовке: потянулась, стараясь, впрочем, особо не тревожить мой "прицеп", уменьшить нагрев плиты, потом снова взялась за нож. Ужин сам себя не приготовит, а кушать хочется всем. Особенно тем, кто еще с работы не пришел.
Я айкнула и замерла, недоуменно глядя, как на пальце проявляется красная полоса. Вроде же все аккуратно делала. Все время так.
Зашевелился до того, кажется, успевший задремать кот. Сместился чуть в сторону, осторожно взял меня за запястье, поймав пострадавший палец губами. Второй рукой деловито открыл верхний ящик. Там, вообще, не аптечка, но предметы кочуют по помещениям, даже если их никто не трогает. Почему бы пластырю не оказаться там, среди чашек?
Я думала совсем не о том, честное слово, вообще нет. Я думала о том, как это все удивительно напоминает кухонную возню моих родителей. Мыслями я вновь возвращалась к тому, как легко Мист стал очень серьезной частью моей жизни. Первое время мой страх был абстрактным, теперь же он принял форму умозрительной ситуации: вот я однажды проснусь. Одна. И он больше не будет вообще никакой частью моей жизни. И вот что тогда делать?
"...не вышло, ну так что ж теперь, не пытаться больше?"
Лечить других всегда легче, чем себя. Я не знаю, как бы я себя вела и что бы делала. Справилась бы уж как-нибудь. Но, боюсь, меня бы так и не отпускало ощущение, что нет, все не то, все не так, все как-то неправильно.
Правильно все сейчас, подумала я, глядя как кот заклеивает мой палец и потом мягко трется об него носом, видимо, прогоняя таким образом боль. И у него на зависть хорошо получается, подумала я и шмыгнула носом.
Ну нет уж, нафиг такие мысли. Можно, он просто не будет никуда исчезать, пожалуйста-пожалуйста?