Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

Many are those who wander in sin,
Despairing that they are lost forever,
But the one who repents, who has faith
Unshaken by the darkness of the world,
And boasts not, nor gloats
Over the misfortunes of the weak, but takes delight
In the Maker's law and creations, she shall know
The peace of the Maker's benediction.
The Light shall lead her safely
Through the paths of this world, and into the next.
For she who trusts in the Maker, fire is her water.
As the moth sees light and goes toward flame,
She should see fire and go towards Light.
The Veil holds no uncertainty for her,
And she will know no fear of death, for the Maker
Shall be her beacon and her shield, her foundation and her sword.


- Тут вроде как наша песочница. Да, тексты пишут двое. Есть прекрасный тег соавторское, это - второй автор мира, да;


Происходящее происходит на трех материках.
Северный материк (Небельштадт - столица) Технократская вотчина Восточная Империя

Ииии новая категория!
Юмор
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
02:20 

Я готов. Серьёзно, я не выношу приторные десерты, которые подают в этой дешёвой забегаловке. И чай у них похож на вымоченный в кипятке старый веник. Янике нравится. Но я не выношу. Но я готов. Пусть несуразная девочка-енот вернётся прямо сейчас и начнёт объяснять, какими сладостями решила травить нас на этот раз и почему для меня выбрала именно такое блюдо. Я прямо здесь, ну же. Приди, моя неуклюжая хозяйка, и спаси меня.
Даже представить не могу, как это произошло. Не могу поверить, что дружба может превратиться в нечто подобное. Мне очень хочется отвести взгляд, а ещё лучше, встать из-за стола и уйти к запропастившейся в очереди Донахью, но я сижу, недвижимый, и рассматриваю янтарные глаза сидящего напротив горгульи как ничто другое никогда раньше.
Лучше бы ты так и не набрался смелости.

***

Никто не придёт нас спасать. Не могли события сложиться удачнее - Ровена экспериментирует с растяжением незримого "поводка" между нами, а юная владелица Энцо прочно увязла где-то возле касс. Собственно, она и попалась мне на глаза, пока я честно занимал место сердитой колдунье, решающей очередные бесконечно важные документарные вопросы. Если бы кто сказал нам прежним, что, чтобы остановить и замедлить всё магическое сообщество, достаточно каких-то бумаг, подобного выдумщика подняли бы на смех. Теперь же я с затаённым восторгом наблюдаю, как отсутствие печати стопорит колоссальное количество работы. Корень зла отравил таки сам себя, и сколь бы я не пребыл в относительной гармонии с магами, в глубине души я всё равно порочнейшим образом рад.
Но это всё повседневное, пустое. Это лирика. Куда существеннее то, что Винченцо сидит с видом приговорённого через стол от меня. В поле зрения настойчиво лезет клетчатая скатерть и очень мешает понять, что такого я должен был сделать, чтобы заслужить подобное отношение от единственного, кого считал ближе всех. Воспоминания о совместном времени, разделённых надвое печалях и объединённых мечтах теперь кажутся далёкими.
- Я не слишком вежлив. - мой голос звучит очень хрипло, - Надо было поздороваться до того, как сяду.
- И спросить разрешения. - глухо и моментально отозвался Энцо, - Ты поздоровался, на самом деле. Но не спросил.
- Правда?
Я негромко смеюсь.
- Моя выучка даёт сбой.
Горгулья чуть меняет положение бровей, и на мгновение в его взгляде отражается задушенная боль.
- Ничего страшного. - вымученно улыбается он, - Если не соберёшься ещё передохнуть, быстро приучишься обратно.
Теперь дёрнуло уже меня. Мы говорим совсем не о том и совсем не так. Я хмурюсь и опускаю взгляд. И мы молчим. Эта скатерть потрясающе отвратительна каждым отдельным фрагментом своего узора. Я презираю саму идею столь вульгарных цветов и столь некачественного нанесения краски на ткань. Почему обе наши хозяйки стремятся в подобное место для приёма пищи? Они кажутся более... серьёзными, чем это.
- Я должен принести извинения.
Настолько неожиданной была эта реплика, что я удивлённо вскинулся. Винченцо улыбался грустно и куда-то в пространство, никому конкретно.
- Тогда казалось, что успею. Но росло оно быстрее, чем я вытягивал. - мужчина бросает беглый взгляд на свои руки, - Гораздо быстрее.
В груди будто бы снова закололо. Я помню ворочающиеся между рёбрами расширяющиеся кольца змеящихся ростков.
- Спасибо. - мне остаётся лишь улыбнуться в ответ, - Ты сделал больше, чем смог бы кто угодно ещё. Сейчас это проклятье входит в реестр запрещённых...
- ...и его применение карается лишением лицензии и свободы. Я знаю, Грегор. Я работаю в полиции.
- Тебе нравится?
- Мне никак.
Неужели не осталось совсем ничего, что бы объединяло нас? Хорошо, годы разлуки, десятилетия... столетия? Много, много лет, множество рук. Из одних в другие передавался Винченцо, пока я был в родном нигде. Но что-то же должно было остаться?.. Хоть что-нибудь? В поисках подсказки я продолжаю рассматривать вновь потерявшее всякое выражение лицо моего собеседника. Холодные золотые глаза равнодушно оглядывают скатерть (всё ещё нахожу её гадкой), мои сложенные на ней руки, окно, возле которого мы сидим, небельштадцев, слоняющихся мимо.
- Я принесла... ох.
Юная леди остановилась возле столика, растерянно и испуганно глядя на меня.
- Винсент, ты мог бы... мог бы предупредить меня. - устанавливая на стол поднос с выглядящими предоесудительно приторно десертами, она упирает одну руку в бок, - Я сейчас принесу тогда стул, да?
- Не стоит. - мой друг приподнимает голову, окидывая хозяйку взглядом, - Яника, мой собеседник уже уходит. Всё в порядке.
- Точно? - ещё немного паникует енот, одёргивая и без того чуть более, чем нужно, длинные рукава кофты.
- Точно-точно. - мягко тянет Винченцо, усмехаясь, - Он очень торопится. Просто умело это скрывает.
Я поднимаюсь с чужого места. С чужого места, да. Это словосочетание вызывает у меня странный прилив тоски. Итак, я отодвигаю стул, чтобы девушке было удобнее сесть. Кланяюсь ей в качестве прощания. Потом я обхожу стол, наклоняюсь к горгулье, который, кажется, не понял не только, что я собираюсь сделать, но и как ему реагировать на это, и крепко его обнимаю.
...от него пахнет хвоей, осенней листвой и первыми холодами. Винченцо был, есть и останется моим самым дорогим другом. Даже если для него самого наша дружба осталась в прошлом. Даже если это больше не тот самый Винченцо. Даже если однажды он станет тем, кто вернёт меня в Лимбо.
Горгулья вздыхает.
Я негромко прошу прощения.
Мне очень, очень жаль, что всё так.

@темы: Винсент, Грегор, Небельштадт, Северный материк, Яника

01:18 

Неправильно. Что-то было очень неправильно. Я ещё разок помяла кошелёк в руках, но мне не удавалось понять, что внутри. Слишком плотный материал. Я злилась так сильно, что едва удерживалась от беспорядочного размахивания хвостом. Владелица же кошелька и её спутник стояли в стороне, как ни в чём ни бывало. И наблюдали за мной. было непохоже, что они собираются звать на помощь. Это было ужасающе странно! Интересно, есть ли маленькие плоские чудовища, которых можно спрятать между купюр так, чтобы при случае они откусили воришке пальцы?
Но это я глупости думаю. Наверняка, какая-нибудь руна вложена. Сонным дымом дыхнёт или похожее. Ребята об этом часто рассказывают, происходит сплошь и рядом, мне просто везло.
Тигрица наклонила голову и что-то негромко сказала стоящему с ней шакалу. Тот кивнул и осклабился. Я так не согласна. Не хочу становиться посмежищем всего торгового центра! Поэтому, крепко сжав кошелёк в левой руке, я решительным шагом направилась к этой злополучной двоице. Остановилась в нескольких шагах. Они не станут меня ловить, я же вижу. Какое-то время я смотрела на них (с подозрением), а они - на меня (с улыбочками). Потом я сердито выдохнула и протянула дурацкую вещь тигрице:
- Что там и как это разобрать?
Я не знаю, что я такого весёлого сказала, но эта парочка не дураки посмеяться. Мне, похоже, оставалось только развернуться и уйти, но на половине поворота тигрица меня окликнула сквозь смех.

***

Гостья и Морхед остались в комнате, потому что главный герой игры об убийцах ещё не отстрадал своё, будучи отданным в распоряжение ушлой малолетки, а Болтон не всё ей объяснил про тонкости управления "глупыми котами в белых пижамах". Мне так и не удалось переубедить его относительно костюма. Северяне очень эксцентричны, но недостаточно, чтобы быть терпимыми к любой одежде вообще. В этом мы, технократы, здорово у них выигрываем. Хоть и пользы нам с того никакой.
Я сидела на кухне, ждала, когда заварится чайник, закипит вода в кастрюле, прогреется духовка - словом, множество бытовых кухонных занятий, свойственный такой хозяйственной особе, как я. Подумав об этом, я взглянула на охватывающее мой безымянный палец кольцо. Кто бы мог подумать, такие высоты! Покажите мне, какой тигр в этом помещении кардинально изменил свою жизнь убийством всего одного робота? Нескольких. ...ладно, моя жизнь и её изменения вообще довольно тесно связаны с роботами. Первый почти убил меня, второго почти убила я, третьего я убила, подбив на это дело того, кто не дал мне помереть от первого, что, кстати, спасло его от смерти, когда он не позволил мне убить второго... Так. Хватит. У меня закружится голова, и я забуду все свои восхитительные планы. Я подошла к кастрюле, сгрузила туда овощи, закинула ещё всякого по мелочи и пребыла в довольстве. Одной рукой помешивая опасно взбулькивающее варево, второй я взяла телефон. Из комнаты хором орали ребёнок и взрослый полицейский, совершенно равно возмущённые игровой системой и сюжетной несправедливостью. Под этот аккомпанемент я отсчитывала гудки, потому как нельзя просто взять и дозвониться до Спящего Бога ЦПУ.
- О, Пустота. - сообщил мне динамик умирающим голосом, - Да, Болтон?
- Это я. - умильно улыбаясь, сообщила я собеседнику.
- Ты тоже Болтон. - устало пояснил Энтони.
- Блять. Ты прав! - озарение поразило меня.
- Я рад, что ты рада, - Харкер выразительно зевнул, - Ты позвонила мне ради подтверждения своих фамилии и статуса, я всё верно уловил?
Смеюсь. Ох и забавный же он мужик, всё-таки! Сколько уже времени его знаю, до сих пор весело.
- А ты умён! Прибереги свой талант, он мне как раз сейчас очень пригодится. Я бы очень хотела попросить тебя помочь в одном непростом деле... - прикрываю трубку рукой и бдительно прислушиваюсь.
Крики из комнаты стали не сильно тише. Видимо, им попался действительно сложный или НЕОЖИДАННЫЙ сюжетный поворот.
- Мне нужно, чтобы ты помог оформить кое-какие документы. - жаль, что у этого телефона, в отличие от того, который живёт в коридоре, нету
провода.
Варварство, конечно, страшное, но мне жутко нравится во время разговора накручивать его на палец! Особенно в моменты ожидания ответа, как сейчас. Харкер, кажется, упал в обморок. Или уснул. Или прислушивается к происходящему в квартире. Но я правда не вижу ничего скверного в своей просьбе! За время обитания здесь я уже выяснила, что если северяне и любят что больше надирания задниц монстрам, так это бумажную волокиту. А лемур так здорово смотрится на нашем диване! Словом, выбора у меня решительно не было.
Это ничуть не хуже, чем выйти замуж на спор.

@темы: Энтони, Северный материк, Небельштадт, Морхед, Лори, Джиневра

00:01 

- Хочешь, я посмотрю на линии вероятностей? - маг широко улыбается, перекидывая из ладони в ладонь складной нож.
Я с улыбкой поспешно качаю головой, потому что этому энтузиасту только волю дай - всё испортит своими прозрениями, достоверность которых бабка надвое ворожила.
- Спасибо, Конрад. Ты мне и так ужасно помог. - я проверяю, не оставил ли на столе что-то из вещей, пока мой собеседник заходится в счастливом смехе.
- Вот уж точно "ужасно"! - он так наклоняет голову, что прядь волос закрывает его левый глаз, - Ты, вроде, ещё не настолько стар, чтобы... ну...
Ваятель артефактов совершил несколько неопределённых пассов руками, которых, по его мнению, было достаточно, чтобы я всё понял. Удивительно, но я понял. Наверное, в шарады он так же хорошо играет. Пока я размышлял, юноша наклонил голову в другую сторону, и непослушная прядь прикрыла уже его правое око. Думая о том, что есть в этом сходство то ли с маятником, то ли с метрономом, я, наконец, обрёл согласие с собой в мыслях и пожал плечами:
- Дело не в возрасте.
- Тут ты прав, ошибиться можно и пока голова варит. - болтливый мастер ковырнул ножом что-то, пришкварившееся к его половине стола.
Я не успел заметить, когда он раскрыл нож. И я не хотел бы делить с ним этот стол в работе. Хотя я безусловно считаю Конрада неплохим парнем. У него просто скверное чувство юмора.
- Ты просто не любишь женщин. - я постарался заметить это как можно аккуратнее.
Маг волнообразно шевельнул бровями, не отрываясь от увлекательнейшего занятия.
- Кто сказал? Я их очень даже люблю! Но дозированно и лишь определённым образом. - почувствовав изменение моего взгляда, Конрад воззрился на меня с искреннейшем недоумением и толикой возмущения, - Ну, что? Никто не в накладе, потому что ни у кого из нас нет шанса испортить друг другу жизнь! Серьёзно, ещё никто не жаловался!
Моя медленно расползающаяся улыбка столь же медленно, но неотвратимо портила коллеге боевой настрой.
- Да пошёл ты. - сочно заключил он, щурясь на меня как на предателя, - Этот случай не в счёт! Я единственный раз не спросил о справке о психическом здоровье - и вот на тебе...
Мой собеседник тоскливо вздохнул, почесав рукоятью ножа в затылке.
- Как мне тебя отблагодарить? - новая попытка вернуть разговор в верное русло.
- Фруктов принеси. - отмахнулся молодой мастер артефактов, - Ну, ты знаешь. Груш, там, всяких.
Что правда - то правда. Сладкие фрукты Конрад мог уминать пакетами. Уверял, мол, из-за работы всё, заставляет много думать. Но я знаю, что юноша просто любит сладкое.
- Я всё ещё могу сказать тебе...
Договаривал приятель уже в закрывающуюся за моей спиной дверь. Я действительно не хочу знать наперёд.

- Ты опоздал. - пробубнила хмурая лиса откуда-то из кокона шапки и шарфа, - Ещё немного - и пришлось бы искать не меня, а моё задубевшее подобие.
- Я бы узнал тебя и так. - поправляю наскоро застёгнутое на выходе из подземки пальто (вышел бы как есть - и остался бы без ушей, ибо леди во гневе строга), - Извини, извини меня, пожалуйста. С меня чай, хорошо?
Всю дорогу до ларька, где продают лучший в этой части города чай, а после - до самого её дома Линда хранит молчание. Мне остаётся лишь гадать, какие мысли посещают её голову.

***

Знать бы, какие мысли варятся в этой лохматой рыжей башке алхимического гения. Поверить не могу, что прошло уже столько времени. Куда оно утекает? Терренс вымахал ещё больше. Уже выше меня. Меня всегда пугало то, как быстро меняется мир вокруг меня. Ужасно быстро.
- Линда?
Я обернулась. Сириус протянул руки. Он всегда делает эти маленькие вещи. Подаёт мне руку. Вешает мою одежду. Угощает чаем, пропускает вперёд себя, находит для меня свободное место в общественном транспорте... Всё это. Легко и естественно, будто бы однажды просто назначил такое поведение своей привычкой. Не знаю, почему я ещё не привыкла.
- Спасибо. - я позволяю ему взять мою куртку, - Ты голодный?
- Я? Да, похоже на то. - кот одаривает меня усталой улыбкой, - Сама знаешь, ближе к праздникам сваливается много работы.
А то.
- И вот ещё что. - его голос заставляет меня обернуться.
Сириус смотрит куда-то в пол. У него спокойный и отрешённый вид - именно эта мимика мага всегда пугала меня, потому что я совершенно не знаю, что она означает и к чему приведёт. Поэтому я складываю ладони на поясе и терпеливо жду. Рыжий ещё некоторое время рассматривает пустоту, потом тянется к своему пальто и выуживает из кармана какой-то тканевый мешочек.
- Я. Вне зависимости от того, как всё пойдёт дальше, прошу тебя принять эту вещь и сохранить её.
Чем дальше, тем мне страшнее. Словно в неясном сне я киваю и заторможенно протягиваю руку. Снова заулыбавшийся алхимик вкладывает в неё свой пугающий подарок. Я подношу руку ближе к лицу, второй неуверенно тереблю вязь шнурка, ослабляю узел, переворачиваю мешочек...
На подставленную ладонь выскальзывает кольцо. Я понимаю, что дышать это уже не такой мой талант, как раньше, но из вежливости не падаю в обморок. Думаю, более исправное принятие лекарств сделало меня устойчивее. Я рассматриваю украшение. По серебрящейся металлической полоске следует узор из линий и угловатых элементов, в которых я угадываю звёзды. Вновь оглядываю рисунок - но уже с узнаванием. Это Псы-близнецы. Меня посещает догадка, и я торопливо прокручиваю кольцо в своих не очень послушных пальцах. Так и есть - постепенно рисунок смыкается с другим, плавно в него перетекая. И это Волки-близнецы.
- Они никогда не делят одно и то же небо. - шепчу я, и у меня щипет в глазах, - Они же "разделённые" созвездия...
- Даже если. - голос у Звездочёта такой, что я точно знаю, кто тут в комнате улыбается грустно, - Если мы не будем рядом. Как бы там ни повернулось в очередной раз колесо жизни. Я хочу, чтобы ты знала и всегда помнила, что ты - единственная, кого я знаю, кто способен сделать осуществимыми невозможные вещи.
- ...храни тебя Высшие силы, если ты прогадал с размером. - ворчу я, понимая, что не могу перестать улыбаться сама.
Сириус негромко смеётся.
- Из нас только ты творишь чудеса! Не требуй от меня слишком многого.

@музыка: Daniel Licht feat. Mary Elizabeth McGlynn - Now We're Free

@темы: Сириус, Северный материк, Небельштадт, Линда, Конрад

03:33 

- Мне не нравится, что ты торчишь здесь.
Я устал возвращаться к этому разговору. Коулу было объяснено всё не единожды, но упрямый юноша из раза в раз пытался заново завести со мной эту беседу. Яника поморщилась, перекатываясь на другой бок, спиной к нам, и натянула одеяло до самой щеки. Я проследил за этими её действиями и с укоризной взглянул на старшего брата девушки. Тот раздражённо поджал губы.
- Донахью, тебе всё объяснили ещё в твоё посещение "третьего" в ЦПУ. - я опускаю взгляд на пол, потому что разглядывать собеседника мне наскучило.
Ковёр в комнате девчонки такой же нелепый, как и вся она.
- Если ты причинишь ей вред...
Я снова смотрю на него. Испытываю почти неощутимый укол любопытства. Рассматриваю енота уже несколько иначе. Оценивающе. Если я что-то сделаю, то... что?
- Я не смогу.
Не знаю, откуда во мне довольно доброты, чтобы не упирать на невозможность юноши совершить надо мной месть при прескверном развитии событий. Наверное, это просто равнодушие. Я не хочу объяснять ему, что он не сильнее меня. И не имею желания рассказывать, что уже давно не боюсь смерти. То, что для большинства завеса неизвестности, для нас лишь возвращение в общий первоисточник. Одни из немногих, чьё условное бессмертие известно доподлинно. Цена знания умалчивается.
- Я не смогу причинить вред моей новой владелице. Как не мог причинить и прошлым. - я продолжаю говорить спокойно и неторопливо.
Но и это не убеждает полицейского. Он раздражённо ёрзает в дверном проёме, испытывая моё терпение и прочность сна своей младшей сестры.
- У тебя было минимум двое хозяев только в полиции. Оба погибли. - он так произносит это, будто бы лично видел меня выгрызающим им хребты.
- Предыдущий мой хозяин, передавший меня в полицейский участок, тоже мёртв. - мне кажется, что мои слова ощутимо виснут в воздухе холодом, - От старости. Согласно официальным бумагам, у него отказало сердце. Желаешь обвинить меня и в его смерти тоже? Ведь я более не связан с ним договором, мог прийти ночью и страшным лицом в окне напугать.
Я всё-таки раздражаюсь. Так мелко, что это постыдно. Но я уже раздражаюсь.
- Ты волен не принимать меня, волен считать опасностью и дурным талисманом, призывающим неудачи. Есть домыслы, есть правда. Правда в том, что я пройду через чудовищные муки, если попытаюсь пойти наперекор Договору. И в том, что твоя сестра сама согласилась принять меня в подчинение. Я не имею никаких дурных намерений на её счёт. И нахожусь в её комнате потому что девочку мучают кошмары. И потому, что если ты не будешь спать, проводя ночи подле Яники как раньше, то причинишь ей гораздо большую боль своим подорванным здоровьем.
После сильно затянувшегося молчания Коул хмуро бросает, что мы обсудим это позже, и удаляется. Ничего нового. Утомляющий виток, только тратящий время и силы.
Я не хочу ни о чём говорить. Мне спокойнее в тишине, среди воспоминаний и размышлений, в компании размеренного дыхания юной владелицы и её сменяющихся картин снов. Мне не впервой отгонять дурные картины прочь от спящего разума смертных. Я был хорош в этом раньше, и не стал хуже теперь. Я не хочу рассказывать Коулу о том, как много привычек оставляет рабство. Что оковы - это не магические цепи на моей шее. Что настоящие кандалы уходят глубоко под кожу. И я всё ещё слежу за ростом и истончением луны, как просил позапрошлый хозяин, чей магический протез руки скверно реагировал на конкретные фазы из-за застарелой ошибки. Я всегда обращаю внимания на витые оправы зеркал в современных лавках, потому что одна из владелиц любила собирать их - но только самые изящные. Я состою из чужих привычек и не моих предпочтений, и их столь много, что мне по времени бывает трудно вычленить из этого мои собственные черты. Любовь к поэзии, а что ещё?
За окном, подобравшийся незаметным, хлестанул дождь. Плавно переходящая в зиму небельштадтская осень была сырой, промозглой и совершенно беспощадной. Я снял пиджак и аккуратно накрыл им спящую поверх пледа. Девочка забормотала во сне, сжимаясь в ещё более маленький комок.
Встреча с Грегором выбила меня из колеи. То ли тем, как это было невозможно, то ли тем, как не менее невозможно совершенно не изменился... как он не изменился. Я пересаживаюсь выше, уперевшись спиной в стену, и осторожно раскрываю крылья, так, чтобы не задеть краем перепонок хозяйку. Я совсем не против оказаться в подчинении у юной леди. Меня даже не сердит гадание, какие привычки я могу получить от неё. Яника молодая, сильная и - что самое главное - осторожная. День нашей встречи стал столь трагичным по ошибке моего владельца, как ни прискорбно. Возможно, мы прообщаемся с этой девой подольше.
Я не против. Я закрываю глаза, нашёптывая старые сказки, которые, по верованиям северян прошлого, гнали дурные сновидения прочь.
Они никогда не помогали мне, но Грегор настаивал на правдивости этих поверий. Почему бы и нет.

@темы: Яника, Северный материк, Небельштадт, Коул, Винсент

02:56 

- Ажди, что ты делаешь такое?
У моей сестры очень приятный голос. Но я всё равно растерялся, почувствовав себя застигнутым на месте преступления школьником. Поэтому, какое-то время поразмышляв над вопросом Мари, я поверженно уселся на пол. Потом покосился на телефон в своей руке. На разложенные передо мной металлические фрагменты я смотреть уже не стал.
Тяжело. Мне повезло, что моя сестра хорошо понимает меня. У меня есть эта неприятная трудность с тем, чтобы лицо соответствовало ощущениям. Сначала, в детстве, я боялся выразить эмоции, которые мне не принадлежат, а значит, будут неуместны. А потом понял, что уже никакие нормально изобразить не могу. Я очень часто опаздываю с выводами в повседневной жизни. Так вот. Мари хорошо понимает даже тогда, когда я сам немного путаюсь. Она улыбается и поправляет свои круглые очки с толстенными стёклами.
Любопытство девушки лёгкое и искрящееся, как газировка.
- Ты фотографируешь. - милосердно подсказала она, покачивая крыльями.
Я испытал прилив благодарности. Потом кивнул. Смешно. В смысле - ей смешно.
- Я фотографирую. - чтобы не молчать слишком долго, соглашаюсь я, потом киваю на запчасти, - Фотографирую поэтапную сборку мясорубки.
Меня осенило. Нужно просто сказать, как есть.
- Мой... моя коллега... Скотт. Она не смогла собрать мясорубку. - по мере накопления иронии в моей родственнице мне становится труднее вещать под её надзором, - И я помогаю. Ей. Собрать. Мясорубку.
Тяжело. Это просто провал какой-то.
Мари оправляет домашнее платье и усаживается рядом со мной. Подтягивает к себе один из элементов адовой машины и крутит так и эдак. Смотрит на меня сквозь него и улыбается, заставляя предчувствовать худшее.
- Что собирается готовить Скотт?
У Мари маленькие аккуратные зубы. С такими самое то улыбаться с плохо скрываемым коварством.
- Котлеты. - полистав лог сообщений, послушно отчитываюсь я.
О нет. Тут какой-то подвох. Какой?
Летучая мышь покивала, убирая волосы с лица. Вернула деталь на место. Снова кивнула каким-то своим мыслям. Потом её улыбка стала совсем безмятежной, а у меня замёрз позвоночник.
- Она никогда не готовила с мясорубкой? - протянула дева, сложив руки на животе, - Поэтому и не умеет её собирать. Правильно?
Моё молчание она трактует верно.
- И ты не умеешь готовить котлеты. - Мари вздыхает, ввинчивая блудную запчасть в уже собранную конструкцию, - И как бы ты помогал ей дальше?
- ...я умею пользоваться поисковыми системами. - честно признался я, понимая, что прокололся, и приобщение Киран к кухне следовало начинать с более простых вещей.
Я представил напарницу, машущую хвостом в ожидании нового сообщения, и устыдился.
- Я напишу рецепт, пока ты возишься с инструкцией сборки. - смилостивилась сестра, поднимаясь на ноги, - Без фото, иначе мы никогда не ляжем спать.
Тут она права. И Скотт никогда не поела бы. Никогда сегодня, я имею в виду и...
- Ажди.
- Да? - я повернул ухо к собеседнице.
- Я рада, что ты снова живёшь с нами. Мне тебя не хватало.
Сбиваюсь с мысли и улыбаюсь.
- ...спасибо.
Рисковала повиснуть умеренно неловкая пауза, но вопросительно вжикнувший в моих руках новой смс телефон заставил меня вернуться к делу. Всё к лучшему, всё.

@темы: Северный материк, Небельштадт, Мари, Киран, Аждеха

20:10 

Думаю, вернул меня к реальности пристальный взгляд Паркера. Это был уже пятый оборот одной непредусмотрительной собаки вокруг её оси. Я тяжело вздохнул и всмотрелся в лицо Скотт. Видно мне было только большущие глаза. Впрочем, их "вау"-выражение было красноречивее каких-либо реплик. Даже если бы её недоумение не покалывало мои виски сейчас.
- Ты что. - сухо произношу я, - Замёрзнуть решила?
Взметнувшиеся брови и заходивший туда-сюда пушистый хвост (амплитуда которого должна вызывать морскую болезнь у всякого зрителя) уверяли меня: нет, не решила.
- Он у нас заботливый, да? - Шейн выглянул из-за поднятого капота машины.
Я не стал напоминать, что это по его вине мы застряли здесь сейчас. На холоде. С непредусмотрительной Скотт, не взявшей из дома даже шапки. С этими мыслями я вновь уставился на Киран, замотанную в мой шарф едва ли не наглухо. В мою собственную шею немилосердно дуло. Я понял: я раздражён.
- Не люблю халатное отношение к здоровью. - я вздохнул, понимая, что это не та фраза, которую стоит произносить, закуривая.
Паркер хмыкнул из железных недр колёсного чудовища. Пленница шарфа размахивала хвостом. Я курил.
- С меня кофе. - наконец окончательно скис я.
Стук хвоста о верхнюю одежду его, хвоста, владелицы, стал невыносимым. Почти как мысли о болеющих подопечных.

@темы: Аждеха, Киран, Небельштадт, Северный материк, ЦПУ, Шейн

20:23 

все цитатные шутки принадлежат их овнерам и ололо

Я никак не мог собрать волю в кулак. Строчки оставались набором букв и отказывались собираться в цельный текст. Я был готов поклясться, что на этот раз уделил сну достаточное количество времени. Я никогда так не ошибался. Мне оставалось только признать своё поражение, сложить буйну голову на пустой листок и пригорюниться. Чтобы пригорюнивание шло успешнее и продуктивнее, я напомнил себе, что одной лохматой псины в помещении нет, и по роковому стечению обстоятельств это снова не я.
Попытки связаться с дорогим другом не увенчивались успехом уже два дня, поэтому через какое-то время процесс моего унывания набрал обороты. Я не уверен, могу ли я... То есть, наверное, можно договориться с директором, он же может войти в положение. Такой трудный ребёнок...
Дверь распахнулась с такой сочной оттяжечкой, что мою тоску сдуло ветром, натурально. Я распрямился и убрал волосы с лица. Чтобы дико захотеть счесать их обратно на глаза. Я не должен был этого увидеть, но разлившийся по аудитории тонкий запах перегара был недвусмысленным подтверждением: это, блять, не сон. Я выпрямился, подвинул к себе листок, игнорируя смешки и шёпотки, раздающиеся то тут, то там. Времени у меня внезапно не осталось совсем. Итак, год основания первого полицейского участка в центральной части материка, когда был город более крупный, чем Небельшта...
- Эй. - это он, видимо, преподавателю, не мне, - Эй.
Так, второй вопрос я тоже помню...
- Я пришёл договориться.
Отлично! Я как раз успеваю дописать работу и отправиться к директору вместе с Болтоном.

***

- Вы не понимаете! Там... там бомжи! Знаете, что они делают?
Я не был уверен.
- Бомбу?
- Они... - женщина задохнулась от возмущения, так, чтобы я понял: мои опасения не идут ни в какое сравнение с объективной реальностью, - ПИСАЮТ!
- НА БОМБУ?
Я что, это вслух сказал? Жалующаяся гражданка уставилась на меня. Я уставился на преподавателя. Преподаватель смотрел куда-то в сторону Морхеда, чьё подвижное лицо хранило каменное выражение. Готов спорить на что угодно, что ещё мгновение назад оно было несколько иным.
- Харкер, выйдите, прогуляйтесь - наконец, скрипуче произнёс старый ворон, - Непохоже, что вы в рабочем настроении.
Мне оставалось лишь покорно подняться с места, гадая, как же это произошло. Как я оказался так близок к фолу.
- Бо...
- Да иду я, иду.
Мой верный друг, разумеется, покинул помещение вместе со мной. Иначе как ему надо мной смеяться?

***

Это было ужасно. Я сидел в весьма неудобной позе, одной частью зада съехав в сторону пола, другой всё ещё узурпируя стул из последних, понятно каких, сил. Одной рукой я в лучших традициях старых гравюр из сказок о рыцарстве придерживал на опущенном вниз колене бьющееся в судорогах тело. Похоже на фильм ужасов. Все эти мысли прокручивались в моём отстранившемся, отрицающем реальность сознании, пока свободной рукой я безмятежно заталкивал край собственного свитера в рот страдальцу. Юноша только спазматически трясся и иногда, когда я не был достаточно бдителен, слышался приглушённый скулёж. Возможно, мне чудилось спросонья и с перепугу, но на глазах друга выступили слёзы.
Безумец. И я - не лучше. Представляю, как мы выглядим сейчас, и не могу не думать о том, какую дилемму своей мизансценой создаём для прочих зрителей драмы. Для одногруппников, то есть. Они явно не знают, кто болезненно веселит их больше: наш в край юродивый дуэт или же самозабвенно отчитывающий Очень Важную Информацию По Грядущему Субботнику зам Самого Главного.
Потому что он козодой. Я не расист и считаю, что смертельно опасны мудаки всех рас, но эти птицы с вопиюще... с порочно... с демонически живой мимикой области глаз способны поразить кого угодно.
Я не засмеюсь. И даже не заплачу. Я просто сохраню в своей памяти эту сцену, как эталонное отчаяние.
- Морхед, - траурно шепчу я агонизирующему шакалу, - Дыши. И перестань уже свистеть.
Высшие силы. Один громкий звук - и нам конец. И спине холодно.

***

Всё могло бы быть иначе. Не в глобальном смысле, я не вижу причины, по которой я мог бы избежать полицейской учёбы и всего этого вот. Но конкретного момента в холодном коридоре на полу перед кабинетом директора мы могли бы избежать. Хотя бы на этот раз. Не так ли, Болтон?
Шакал не выглядел раскаивающимся ни на йоту. Это было бы нормально - но на его лице читалось такое злорадное умиротворение... Его золотая мысль могла бы быть не озвучена - и нас бы здесь не было. Его, меня и моих пяти листков репетиции оправдательной речи.
Морхед так хорошо выступил с докладом сегодня. Мы были такими молодцами - до победного. Но почему, почему, когда замСамого спросил у моего товарища, что побудило того выбрать профессию полицейского, шакал ответил... что он ответил.
"Вы хотели бороться с этим?" голос козодоя подрагивал от торжественности момента.
"Я хотел быть частью этого".
Лучшая формулировка мировоззрения этого лохматого придурка. Лучший повод загреметь к директору. Я думаю, во всём виноват гипнотический козодойский взгляд.


***
-современность-

- Перестань. - я с улыбкой отмахиваюсь от сбивающей с ног волны недовольства, - Лекции с живыми мясными оперативниками являются полезной практикой не только для студентов. Тебе это тоже полезно.
- Пошёл ты нахер! Если ты хочешь учить меня смирению - поздно спохватился. - огрызнулся Болтон, с отвращением отодвигающий стопку листов самостоятельных работ, - Я отказываюсь читать это дерьмо.
- С твоим литературным талантом ты, безусловно, можешь позволить себе такие заявления...
Он хохотнул, впервые слегка сбавив уровень ненависти.
- У меня были хорошие учителя.
Я знаю этих учителей с тех пор, как они пешком под стол вмещались. Но мы не о том.
- ...и тем не менее, я вынужден тебе напомнить, что...
Дверь распахнулась. По аудитории катнулась волна перегара. Я вдруг понял, что меня затопило щемящей ностальгией. Судя по тому, как распушилась шерсть на ушах Морхеда, он тоже прорицнул будущее.
- Я. - выдохнул самый проблемный обитатель курса, из последних сил упираясь рукой в дверной косяк, - Старший инспектор Болтон, сэр.
Задержал дыхание. Мироздание, как же это прекрасно.
- Я пришёл договориться!
Овации, занавес, я плавно вытекаю из аудитории.
- Пойду, к директору схожу.
Всё, можно кидать цветы на сцену, но, надеюсь, не на карьеру храбреца. Далеко пойдёт!

@музыка: KONGOS – It's a Good Life

@темы: эпизодический козодой, флэшбэк, Энтони, Северный материк, Небельштадт, Морхед, юмор

02:51 

-...нс! Эванс!
Я моргнул. Взгляд сфокусировался обратно. Я неторопливо развернулся на голос. Рыжий лис скрестил руки на груди, глядя на меня в высшей степени осуждающе. Редко застанешь Паркера столь искренним, обыкновенно его неодобрение я заслуживаю лишь отсутствием чувства юмора.
- В чём дело?
Тишину, возникшую при зрительном контакте, необходимо было прервать.
- Ну! - Шейн скорчил недоумевающую мину, - Прислали тебе подопечного! Некто по фамилии "Скотт"!
Было выпрямившись, я ссутулился обратно. Не далее чем пару дней назад, как мне тогда показалось, я более чем аргументированно доказал Харкеру, что приставлять новичка ко мне - гиблое дело. Да, понимаю, мой напарник не лучший вариант, но у нас множество прекрасных сотрудников. Множество, в которое я не вхожу. Я неплохой работник, отличное рабочее мясо, но наставник из меня, как из навоза пуля. В моём упрощённом мире Энтони меня услышал. Видимо, картины миров разошлись.
- А можно, я напишу отказную? - я опустил одно ухо, - Пожалуйста-пожалуйста?
Паркер восторженно хрюкнул в кулак. И без его пантомимы я понимал, что отказной нужно было подкреплять свою трезвую аргументацию в начальственном кабинете, а ныне мой протест просрочен и отклонён авансом. Мне оставалось только вздохнуть и подняться с насиженного места. Бормочущее радио я отключил совершенно автоматически.
- Где мы встречаемся с ним?
- Должен ждать нас в кабинете Эльзы.
- Придётся идти выручать. - этой своей репликой я получил новую порцию весёлого одобрения со стороны апельсиново-рыжего коллеги.
Проходя мимо зеркала, которое непонятно кто и неизвестно зачем когда-то повесил в коридоре, я отметил, что глаза у меня сейчас красные. Ну, хотя бы одинакового цвета.

Вот это провал. Я испытывал отчаяние каждый раз, когда видел Эльзу, потому что эта ожившая ледяная статуя не сеет ничего кроме боли и бюрократии, но облик новичка потряс меня куда больше. Мы, конечно, живём в мире проигравшего сексизма, да и в участке барышни есть - правда, преимущественно у несчастных охотников на чудищ (леди любят бороться с монстрами, вероятно) и среди колдунцов. И те, кто не выходит дальше участка особенно.
Девушка. Ну серьёзно. На самом деле, несходняк моего взгляда на вещи и чужого не такая уж и редкая вещь, как я иногда сам себе воображаю. Проблема в том, что если представителей мужского пола я понимаю хоть как-то, то женщин - далеко не всегда. Многие поражаются, как мне удаётся разминировать адъютанта нашего генерала-адмирала ЦПУ. Всё просто: у меня такой же начальник был в отделе, где я работал раньше. Я пришёл подготовленным и вооружённым антиистерином и противобюрократическим.
Полный провал. Я совершенно не знаю, что делать. Я должен протянуть ей руку или надлежит просто поздороваться? Что мне правильно сказать? "Добро пожаловать в преисподнюю"?
- ЗдрастеменязовутКиранСкотт! - в одно предложение вопиющим речитативом протараторила девушка.
Она так протянула мне руку, что будь я чуть менее расторопен, могла бы и убить. Но я не жалуюсь на скорость реакции. Я только в общении потрясающе тупой.
- Аждеха Эванс. - я умеренно крепко пожал девчачью ладонь, - И мой напарник, Шейн Паркер.
- Приветушки. - погано (мне не надо оборачиваться, чтобы видеть) улыбнулся лис из-за моей спины.
Полный провал. Чему я её буду учить? Их же в Академии натаскивают. С чего следует начать? Спасите-помогите? Где мой краткий справочник по обучению новичков?
Меня спасло пиликанье телефона. Я выхватил трубку из кармана куртки и поднёс к уху, не сводя взгляда с помахивающей хвостом Скотт.
Полный провал. Но хотя бы не надо думать, что делать дальше; кажется, работа нашла меня сама.
- Я понял. Мы уже одной ногой на парковке.
За плечом прозвучало сдавленное "да!". У новичка день начнётся неплохо: она познакомится с манерой вождения лицензионного полицейского придурка, на моей памяти подобному не учат на курсах. А ещё на курсах очень хреново, как я понял, готовят ко встрече со старшим инспектором Болтоном. Так что, наверное, Скотт повезло, что вначале покатушки и работа.
- Идём!
Слушая нестройный топот за спиной, я подумал, что чудовищно похож на персонажа какого-нибудь комедийного боевика о полицейской работе. Полный, полный провал. На ходу я полез за сигаретами. Бывает и хуже, конечно.

@темы: Аждеха, Киран, Небельштадт, Северный материк, ЦПУ, Шейн

02:42 

Просыпаться под шум моющей посуды -дело, не требующее спешки. Поэтому, когда я почти вскочил от одного звука бьющей о тарелку воды, я сначала страшно удивился, и только потом понял, отчего меня так подбросило. Это был не Зольф. Я до ноты различаю его жесты, поэтому никогда не спутаю. Только в этом городе кроме него некому больше оказаться в моём жилище, да ещё и с подобными намерениями.
Стараясь унять разошедшееся сердцебиение (хотя как я рассчитывал это сделать?), чтобы начать слышать лучше, я медленно поднялся. С третьей попытки нащупал домашние штаны, оказавшиеся не на спинке стула возле кровати, а на полу под ней. Не зная, то ли сетовать на собственную неаккуратность, то ли смеяться над опасением шокировать гостя видом хозяина квартиры в одном исподнем, я вышел в коридор. Где немедленно споткнулся о какую-то обувь. Пребывая в состоянии крайнего смущения, в обувке я не признал свою. По всему выходило, что все ответы я получу, только явившись на узурпированную неизвестным злоумышленником кухню. Где он, по всему, держит в заложниках мои холодильник и посуду. Бесполезная мера - кроссовок в неположенном месте для дурака вроде меня могло оказаться более чем достаточно.
- М-мистер Кроуфорд?
Из всех голосов мира. Кирке, призрак Небельштадтских тёмных улочек. Кирке - пугливая дева с шелестящим голосом, встреченная мной у обочины. В компании других голосов - теперь я вспомнил их. Вспомнил, что представляли из себя эти придорожные девы. Вот оно что...
Вот оно что.
Я улыбнулся собеседнице. Я понял, что начал делать вчера и хотя совершенно не представлял, что делать потом, примерно сообразил план на "сейчас". Для начала, я должен накормить её завтраком. Зря Кирке, что ли, мыла посуду?

После того, как я закрыл за кошкой дверь, меня оставили силы, но охватила философская задумчивость. Я завалился обратно на кровать и для надёжности прикрыл глаза рукой. Стало совсем темно и почему-то очень спокойно. Я ничего не знаю о ней, об этой странной девушке, некогда (стыдно вспоминать) спасшей меня от небельштадтского монстра. Кто она? Такое же чудовище, порождение переплетающихся в старых витках центра реальностей? Или просто несчастная проститутка? ...отпугивающая монстров. Не знаю, что думать. Не понимаю, кто она - Кирке не подходит ни под один из наборов характеристик, свойственных какому-либо иному существу моего города.
И почему, если есть в ней какая-то странная, непонятная сила, почему ей приходится жить такой... такой жизнью?
Есть в нас что-то непонятно схожее. И я непременно узнаю, что. И кем Кирке является на самом деле. И откуда я знаю, что она рыжая.
Хотя последнее, безусловно, не так уж важно. Просто мне уже любопытно. Хорошо, что в этот раз она оставила мне не только недоумение и поводы для самокритики, но и номер, по которому с ней возможно связаться. И если поковыряться в моём собственном адаптированном чуде техники, то тихий голос девушки начитает цифры по новой.
Осталось придумать, что делать дальше. Зачем мне это, вопрос скучный и не так уж стоящий внимания. Должна у меня быть какая-то жизнь вне школы, лекций по участкам и бара, разве нет? Надо позвонить Зольфу, а то он там со своими учениками совсем одичает. Да. хорошее начало.

@темы: Северный материк, Небельштадт, Кирке, Джефферсон

01:10 

Писать сочинение в парке, скорчившись на скамейке с расположенными на колене листками - лучшая из моих идей. Сейчас даже не вспомню, как так вышло, поскольку надиктовываю дрожащими от холода губами текст, который надо записать. Мне ничего не мешало сделать домашнее задание вовремя. Ничего, кроме ночного звонка Миста. То есть, смс с просьбой перезвонить, так что технически, звонок был мой. Однако же изначальным инициатором был... Кошмары... суть явление ужаса во сне, обыкновенно сигнализирующее о какой-то нерешённой проблеме... почему я формулирую так, словно гадаю на картах? Моя работа, несомненно, так же шарлатански выглядит, и всё-таки...
- Эй.
Я подпрыгнула, выронила ручку и остатки дельных мыслей и завертелась в поисках нарушителя моего спешного спасения изрядно горящей (спасибо, что не буквально) жопки. Им оказался очень высокий чёрный кот. Он спокойно и с улыбкой ждал, когда я разберусь со своими делами и паникой. Вы поглядите, каков жук.
- Да-да? - пробурчала я, наклоняясь подобрать ручку, потом подобрать выскользнувшие листы и -снова - ручку.
Небыстрый процесс, короче, времени придумать остроумный ответ точно хватит. На это его не хватает только мне.
- Мне жаль отрывать тебя от очень важных дел. - протянул этот подарок судьбы, плавно перешагивая чуть вправо, - Но я несколько... потерялся. Боюсь, моя спутница сочла, что с неё достаточно моих провинциальных восторгов северной столицей.
Он хмыкнул. Я же неторопливо разогнулась, качнула ушами и пристально сощурилась на "провинциала". Подозрительный - ужас! А уж дерзкий какой, я в дерзости-то кое-что понимаю.
- Мне брат с незнакомыми не разрешает разговаривать... - наконец, вздохнув, завожу я.
"Каин", моментально представился наглец, пока я, держа тон профессионально драматичным, с достойным лучшего применения терпением завершила реплику:
- Но у меня такое чувство, будто бы мы когда-то общались.
Кот пожал плечами.
- Ты бы меня запомнила. - его глаза стали чуточку светлее, приобретя цвет раритетного в Небельштадте летнего неба.
- И то верно. - вздыхаю и взъерошиваю волосы пятернёй, - Но ты, я вижу, подстраховался. Меня зовут Киара. Куда тебя надо проводить?
- Для начала хорошо бы к выходу из парка.
Каин оглянулся через плечо, не увидел, видимо, ничего интересного, и повернулся обратно ко мне.
- А там сообразим! У тебя, кстати, шапка свалилась.
- ТАК ВОТ ПОЧЕМУ МНЕ ТАК ХОЛОДНО.
Мой мир стал чуточку яснее.

Для счастливого туриста натурально ужасно странный. Рожа распаханная, вокруг одного глаза "заплатка" красного цвета, видать, татуировал такой же долбанутый маг, как и меня. Болтает без умолку, но собеседник ему как будто бы даже нужен, потому как вопросы сами на себя не отвечают. Я же выяснила с безысходностью, что история северянской архитектуры прошла мимо меня. Но спать на занятиях слишком сладко. Соня и горжусь этим!
- Как там в пригороде? - придерживая подмышкой тетрадку, а обеими руками шапку, спросила я, глянув на спутника, - Я слышала, оборотни настоящая проблема.
Он только рассмеялся. Так, блин, беззаботно, что меня помимо холода пробрала ещё и зависть. Щас бы жить в лесах и так радостно хохотать, когда даже в городе не по себе бывает.
- Я ни одного не видел. Я живу в Заповеднике.
Я наконец испытала безмятежность и смирение - когда споткнулась о камушек. Краткий миг единения с космической гармонией был прерван твёрдой рукой, ухватившей меня за ворот. Вот это реакция, не то, что моя! Я, например, удивилась только сейчас:
- Серебряные рощи! Да разве же можно там селиться? - я сложила руки на груди, покорно обвисая.
Надо сказать, пятерня Каина не дрогнула. Едрить он сильный! А так и не скажешь.
- Можно. Можно сказать, мы там следим за порядком как раз. - собеседник заглянул в мои глаза и не нашёл там проблеска понимания, потому вздохнул, качнул головой и пояснил, ставя между делом на ноги, - Егеря мы, лесники, если угодно. Знаешь такое слово, городской ребёнок?
Меня догнало, и я сразу, сразу же оскорбилась.
- Знаю, конечно. Чего ты сразу. Тоже мне, умник подполенниковый. - на ходу я утёрла нос, - Веду-то я куда тебя?..
Но Каин мне не ответил, был жутко занят. Смеялся очень.

- ...он был такой странный! - я так взмахнула ложкой, что предназначенная Мико каша оказалась на окне; я незамедлительно подошла поближе, чтобы рассмотреть узор.
Надо же, как интересно вышло. Очень похоже, что активно тявкающий питомец такого отношения к жрату не одобрял. Как Ауле, например, не одобрял моих знакомств. Я окружена неодобрением и беспокойством!
- Не НАСТОЛЬКО СТРАННЫЙ.
- Всего лишь абсолютный висельник в безлюдном парке в плохую погоду?
Я не люблю Ауле. Не люблю не люблю не люблю. Особенно когда он так прав.
- Ну слушай.
Мне необходимо проявить ответственность хоть в чём-то. Пока я беру трагичную паузу для размышлений, возвращаюсь к кастрюле - и Мико, наконец-то, получает вожделенный ранний ужин.
- Мне показалось, что мы виделись.
- И ты его не запомнила? С такой-то рожей? - я прям слышу, как родственник гневно хлопает крыльями.
Всеми четырьмя.
- ...мне показалось. - вздыхаю и закатываю глаза под неравномерное чавканье животины.
- Худший аргумент. - кот вздыхает и, наверное, качает головой, - Ты знаешь, что сказал бы Ригард.
- Поэтому я рассказываю тебе.
Я так гневно смотрю на динамик, что ему бы расплавиться сейчас.
- Он не сделал ничего плохого. Даже оставил мне безделицу в благодарность.
- Пустота! И ты взяла? Что это за "безделица", Ки? Ради огней лимбо...
- Это просто деревянный талисман. От него не "фонит", если ты об этом. Он сделан из дерева Серебряной рощи. Не поручусь, но, думаю, что Каин не солгал.

- Да я, в общем-то, никогда не вру. - он отводит взгляд, уставившись куда-то в небо, - Мне как-то некому. Да и не за чем.


Родственник долго молчит.
- Покажи при встрече. - заключает он, - Извини, у меня тут... Ох, крылья Сонма! Вы что, издеваетесь?
- Ты нужен миру?
- Городу и миру! - раздражённо восклицает юноша, - Это невыносимо! Что значит "я сломал ногу, но важно не это"? Как я вообще должен на такое реагировать? Отличное начало сообщения, теперь бы дальше прочитать.
- Если это не Шелдон, я, наверное, пойду. - осторожно начала я.
- Да! Что? А... то есть... Да, конечно! Кто такой Шелдон?
- Шаман.
Б - беспомощность. Д - дружба. А имена? Имена это не главное.

@темы: Северный материк, Небельштадт, Киара, Каин, Ауле

01:24 

Я запомнил: в Небельштадте по осени солнце весьма редкий гость. Мне следовало догадаться, что его безмятежное свечение в пронизанный сонной прохладой день должно что-то значить. Следовало, да не обратил должного внимания. По чести сказать, меня утомило наше продолжительное шествие от вокзала до департамента магии, поэтому я больше рассматривал архитектуру зданий, выстроившихся шеренгами вдоль дороги, нежели размышлял о тревожных знамениях. Я вообще стараюсь без особой надобности не рассматривать проходящих мимо; не знаю, у кого из нас встреча взглядов вызывает большее отторжение.
Ровена была на редкость молчалива. Я не был удивлён тем, что грубая ученица магов не обрадована даже редкой погодой, как не был удивлён и тем, что её более чем не радовала необходимая процедура записи на практику. Что действительно вызывало у меня недоумение, это как раз таки тишина. Дева не склонна стеснять себя в вербальных средствах выражения недовольства чем бы то ни было, однако же губы её оставались плотно сжатыми. Куда ни глянь - всюду были предостережения судьбы. Но я так невнимателен.
Так невнимателен.
Вскольз задев взглядом стоящую у остановки фигуру, я был готов вернуться к созерцанию недвижимых жилых массивов, но неведомая сила заставила меня уделить внимание тёмному силуэту. Молодой мужчина в чёрном костюме, улыбаясь легко и мягко-снисходительно, слушал тревожное бормотание ёжащейся рядом девушки. Взгляд полуприкрытых золотистых глаз был ужасно холодным. Вот он мучительно знакомым движением поправил чернильный локон, съехавший на глаза, и шевельнул чешуйчатыми крыльями, будто выточенными из обсидиана.
Память ударила меня под дых. Я продолжал идти следом за магичкой, но перед моим внутренним взором кружилась вьюга образов. Нутро сковал тяжёлый страх.

Смотрю снизу вверх на золотые и тёплые глаза, полные болезненного сосредоточения. В грудь вгрызается жжение на грани агонии, слышу, как хрустит, поддаваясь, шкура на моей груди. Глотаю воздух, но он не попадает в глотку, которую как будто забило землёй.
Склонившаяся надо мной фигура напряжённо хмурится. Шевелятся губы, но я не могу ни разобрать речь, ни прочитать её.
Я очень пытаюсь - не преуспевая, впрочем, и в этом - кричать.


Я никогда не размышлял особо над обстоятельствами моей гибели. Ровена говорила, что выглядел я, будто бы меня пытали. Бесконечно тянущиеся мгновения я подозревал этого горгулью, не обращающего на меня ровным счётом никакого внимания. Его куда больше развлекал их с юной девой разговор. Последняя, к слову, безуспешно пыталась отодвинуться, но каким-то непостижимым образом расстояние между ними не изменялось, хотя создавалось впечатление, будто бы её собеседник хранит абсолютную неподвижность.
Пока вдруг не поднял на меня взгляд. И я понял. И теперь это был стыд, накрывший меня с головой, потому что я вспомнил.

Бессловесно рычу на выдохе, на большее сил уже не хватает. Растение пульсирует между ребёр, и это сводит с ума. Столько злости.
Если расслаблюсь, то яд всё-таки убьёт меня. Если Энцо поторопится, у моего бессмысленного тела есть шанс.
- Почти. - отрывисто бросает горгулья, выковыривающий отравленные колючие ростки из моей груди, - Держись. Я почти.
Киваю и глотаю воздух вместо вдоха. В мире не остаётся ничего, кроме боли.


Я вспомнил. Винченцо. Дворецкий нашего мастера. Винченцо-тень, воплощение хороших манер, сосредоточение доброжелательности. Трепетная натура ценителя литературы. Улыбка, имеющая адрес - как переданное из рук лично в руки получателю письмо. Вечно собранные в хвост длиннющие локоны, переливающиеся в зависимости от света серебром и золотом. Баюкающе покачивающиеся крылья. Бесшумные шаги.
Энцо. Мой лучший и единственный друг. Как я мог забыть? Блаженно беспамятство столь же, сколь и бесстыдно. Сколь беспощадна память после. Как я мог забыть?

Винченцо сидит позади меня, железными щипцами прикладывая обратно к моей ободранной спине осколки каменной шкуры. Немногие знают, но так раны зарастают куда быстрее. Энцо знал. Благодаря мне. С каждым новым осколком я шиплю и вздрагиваю, но заставляю себя раз за разом возвращаться к чтению вслух. Эту книгу мне было тяжело достать, ещё тяжелее - начитывать с выражением рукописные строки, когда по хребту льётся боль вперемешку с кровью. Но я умею быть благодарным, пусть мастер и полагает иначе.
Сидящий за моей спиной горгулья едва слышно всхлипывает, заставляя меня гадать, что вызывает эти слёзы: трогательная сцена прощания главных героев или то, что видит он (и что сокрыто от моего взора в силу положения глаз)?


Энцо опускает взгляд обратно на свою спутницу, но я вижу, что в нём больше нет прежнего сосредоточения. Снова смотрит на меня и улыбается, так, что даже если я и хотел произнести приветственные слова, то они всё равно застряли на подходе к моей глотке.
- Чего встрял? - грубо окликает меня магичка.
Теперь даже невысокая подопечная Винченцо смотрит в сторону моей мучительницы. Странное ощущение. Я как будто оказался на сотни лет назад. Совершенно такой же неотёсанный, раздражённый миром... и совершенно беспомощный. Улыбка моего друга не изменяется ни в единой ноте, когда он легонько качает головой и снимает шляпу в знак приветствия. Я киваю с некоторым запозданием, всё ещё разделяя себя тогда и себя сейчас. Энцо, к моей тоске, отводит взгляд до того, как я смог разобраться. Или именно это и вернуло меня к объективной реальности.
Он отвернулся первым, а я, сдвинув брови и уставившись себе под ноги, стал нагонять раздражённую Ровену. Какая-то сила держала её от новых вопросов, но я забыл этому поразиться.
Я думал о том, могут ли глаза поседеть. И о том, что должно было случиться с самым лучшим из нас, кого я только знал, чтобы в глазах появилось столько инея. Я хотел бы снова увидеться с Винченцо, услышать его голос, обращённый ко мне. Но меня мучило новое чувство, казалось, абсолютно обошедшее стороной мою персону с момента последнего пробуждения от каменного сна.
Чувство конечности. Чувство невозможности вернуть то, что однажды было. Мне не жаль прекрасных усадеб и дивных садов, я нисколько не тоскую по буйству природы и её некоторому покровительству над расцветающей цивилизацией магии. Что толку испытывать тягу к детскому смеху на втором этаже особняка, где малые дети, не тронутые скверной знания, бегают по зале, рискуя однажды разломать в своих играх древнее, древнее меня, пианино?
Я скучаю по улыбке Энцо. Той самой, всегда предназначавшейся тому, кому она адресована. Такое болезненное чувство, будто бы я однажды не получил письмо, и больше оно никогда уже не придёт.
Не думал, что испытаю подобное. Не знаю, что мне нужно с этим делать.
Знаю, кто бы мне помог. Но Ардвиз так далеко. Весь мир - так далеко.

@музыка: Dotan – It Gets Better

@темы: Яника, Северный материк, Ровена, Небельштадт, Грегор, Винсент

15:37 

Я боялась дышать, шевелиться - я боялась даже думать. Маг, дочертивший на полу символы передачи, давно затих. Как и возня, разгоревшаяся с новой силой после того, как Лимбо стало сочиться в эту реальность. Мне никак не удавалось уговорить себя хотя бы убрать ладони от лица.
- Девочка.
Хриплый и очень низкий голос тянул слова почти баюкающе, но страх не отступал. Я замотала головой, вжимаясь спиной в стену. Я боюсь его! Боюсь, боюсь, боюсь. И пока я боюсь, шершавые и тёплые пальцы сомкнулись на моих запястьях, заставив меня перепуганно всхлипнуть. Потянули, оттягивая кисти прочь от лица.
- Взгляни на меня. - попросил крылатый демон, место которому в ночных кошмарах, но никак не в "магическом" отделе полиции, - Я не враг тебе. Всё уже закончилось. Ну же.
Неторопливо, с опаской, я вынуждаю себя приоткрыть глаза. Винсент весь усыпан веерами тёмных брызг, и сквозь сбегающие по лицу капли я вижу глаза безумного цвета ледяного золота. Горгулья какое-то время рассматривает меня, потом аккуратно разжимает пальцы. Я сразу же начинаю растирать запястья, но, ойкнув, замираю. Не смотрю на них. Нет. Нет.
- Я нечаянно. - безмятежно пояснил мой спаситель, - Измазался, пока выполнял работу.
Он покосился на тело прошлого хозяина и как-то очень буднично повёл плечами. Протянул руку, пачкая лицо погибшего в крови чудовища, закрыл мужчине глаза. Покачал головой с лёгким, ужасно высокомерным неодобрением, и вновь перевёл взгляд на меня.
- Яника, - пропел крылатый, - Раз уж так вышло, то теперь я принадлежу тебе.
Произнося это, Винсент едва заметно, почти мечтательно улыбнулся. Я перестала дышать и только судорожно сглотнула. Острый запах разорванной плоти завязывал мои внутренности в узел, но пристальный взгляд и улыбка этого денди причиняли мучения гораздо большие. Самой не верится.
- Будешь мне приказывать?
Горгулья уселся на асфальт, совершенно не боясь угваздать стильные чёрные брюки, оправил подол плаща и провёл пальцами по нижней стороне лица, будто бы размышляя о чём-то в ожидании ответа.
Лимбо всё ещё царапало моё горло и перекатывалось пылью под рёбрами, особенно ощутимое на фоне ледяного ужаса. Лимбо, говорят, страшно любит такие чувства. Возможно, поэтому его присутствие всё ещё столь заметно.
Мне нечего сказать. Коул будет ужасно недоволен. Мне жаль. Мне нечего сказать. Поэтому в ответ я тихо хнычу и беспомощно киваю, обратно закрывая руками лицо. Киваю несколько, несколько раз.

@темы: Яника, Северный материк, Небельштадт, Винсент

01:23 

If you fall I will catch you--I'll be waiting

- Не шевелись.
Его лицо очень близко к моему. Я легонько улыбаюсь, послушно замирая и закрывая глаза. Очень щекотно, но я не ёрзаю. Он же попросил, верно?
Помимо лёгких касаний я чувствую чужое дыхание, иногда дотрагивающееся до меня тоже. Мне очень легко и спокойно, как бывает в те редкие предрассветные часы, когда ни летнее пение птиц, ни солнечный свет ещё не становятся раздражающими. Сейчас, впрочем, до рассвета далековато.
- Птицы не поют. - у моего собеседника очень тёплый голос сейчас.
- Ночь же. - приоткрываю один глаз и тут же смыкаю веки обратно.
Он смеётся.
- Ты совсем как она. - легонько прихватывает пальцами мою щёку.
Надуваю щёки и делаю фыр-фыр-фыр. Качаю ушами. И, наконец, поясняю, что просто умею находить подходящие примеры поведения. Кажется, творца это веселит ещё больше, но так как глаза мои закрыты, не могу сказать наверняка.
- Я вчера слушал тебя.
Так-так!
- Мне не понравилось. - тон говорящего выравнивается, пока я оскорблённо задерживаю дыхание, - У тебя было такое настроение. Что стоило бы петь. А не рассказывать о скучных вещах.
И так всегда. Всё, что я могу сказать, это "пфффтт", которое, вероятно, должно выразить все мои мысли по поводу. Но коту этого более чем достаточно. Он легонько тыкает обратным концом кисточки в мою ключицу.
- Спой.
Эффективнее вынудить меня замолчать можно было бы только просьбой рассказать что-нибудь забавное. Я почти слышу, как трутся друг об дружку извилины в моей беспокойной голове. Потом приподнимаю ресницы, чтобы убедиться, что во взгляде сидящего напротив художника нет ни капли насмешки. И таки да! То есть, нет! Её там не было. Это как бы не оставляло мне никакого выбора, поэтому я кашлянула, шлёпнула хвостом по полу и запела. Я уже не помню, где цепанула эту песню, мне кажется, от кого-то где-то в Академии. Она про город, про солнечный дождь и трамваи под окнами. Трамваи под окнами ужасно мешают за пределами добрых песенок, но в пределах милы и звонки. И пока я пела, задумчиво улыбающийся своим мыслям (или моим музыкальным трамвайчикам?) Мист щекотно касался кисточкой моих губ.
- ...мне снилось. - после тишины юноша заговорил первым, - Про тебя не-тебя.
Я замерла безо всяких просьб и уточнений. Просто смотрела на его отрешённое лицо... и отчаянно понимала, о чём он. Я очень медленная, но всё же сообразила, что он делает. Мне срочно захотелось зеркало. Оно, кругляш, качающийся на подставке, оказалось возле меня почти мгновенно. Порой мне кажется, что друг слишком хорошо знает меня.
Мне нужно было проверить. Нет. Убедиться. Я жадно качала зеркальный блин то вверх, то вниз, оглядывая узор, стараниями художника расползшийся в разные стороны аккуратными витками. Я поняла. То, что иногда оставалось в зеркалах после пробуждения. Я смотрела на себя, видела какую-то другую себя. И меня мучило это чувство неправильности. Незавершённости. Теперь я видела нарисованный поверх моей татуировки узор, краска над рубиновым свечением, и понимала:
всё правильно.
Я подцепила пальцем верхний край зеркала и крутанула. Я не могу не улыбаться. Ведь мне совсем не страшно. И не нужно ни о чём волноваться. Я подаюсь вперёд, легонько боднув собеседника лбом в лоб, и вытаскиваю из его руки кисточку. Принюхиваюсь и задумчиво облизываю измазанный в краске кисточковый ворс. Потом озираюсь в поисках плошки с водой и банок с прочей краской.
- Я... мням. - шевелю носом, скашивая к нему на мгновение глаза (очень зачесался), - Моя очередь. Ты тоже пока повещай. Только, чур, никаких считалочек о единорогах?
Я теперь вспомнила все эти сны, когда рисунок на мне становился чёрным и очень неверным. Я совсем не нахожу странным, что Мист знает о моих почти-что-ночных-кошмарах - как не нахожу необычным и его метод их решения. И разрисовывать собираюсь его исключительно в порядке поддержки художественного предприятия.
- Стягивай футболку. Николь меня поедом съест, если я стану рисовать поверх.
Если предположить, будто бы эту футболку можно расписать так, чтобы это стало заметно.
Постукиваю кистью о края плошки. Смешливо фыркаю, слушая, как в молчании собеседник определяется между пыткой единорогами и бессвязным вещанием (то есть, без вариантов, в общем-то). Мне спокойно и радостно. И даже от мысли, что утром нас по законам жанра растащат (меня - особенно дерзко). Сейчас - хоть высшую математику мне рассказывай! Хотя, я погорячилась. Лучше не стоит.

@темы: Киара, Мист, Небельштадт, Северный материк

23:24 

Не помню, когда в последний раз я прикасался к клавишам. Отцовское пианино никогда не было объектом моей любви. Или хотя бы привязанности. Но в последнее время я чертовски устаю. А когда я чертовски устаю, то хочется какой-то ностальгии. Когда-то меня волоком тащили на музыкальные занятия. Благо недалеко было - преподаватель приходил сам. Мне так не нравилось, что я старательно искал другое занятие, какое гарантировано отняло бы бОльшую часть моего времени. И вот я здесь. Симпатичный юношеский бунт не возымел никакого результата. Потому что когда мне надоедает запах медикаментов и разложения, я раз за разом возвращаюсь в небольшую светло-серую комнату с книжным шкафом и пианино. Не знаю, стал ли я лучше играть с тех пор. В этом есть какая-то доступная даже мне жизненная ирония: когда были слушатели, я упирался. А теперь и при всём желании для них не сыграю. Знаю, что номер преподавателя где-то в отцовских записных книжках, но нипочём не полезу его искать.
Снимаю с верхней части инструмента (не утрудился в своё время запомнить никаких названий) стакан с виски. Пить я не люблю и не умею, но если уж случается, то пусть никто больше это не наблюдает. Мне стыдно выглядеть откровенно глупо в глазах окружающих. Почему-то. У этого, как и у много из того, что я делаю, нет какого-то рационального объяснения.
К сожалению или к счастью, объяснять мне никому и ничего и не надо.

--

Возможно, не стоило столько пить вчера. Но кто знал, что ночью меня вызвонят снова ехать на работу? Резня дело такое, расписание на них не составляют. Хотя следовало бы, по моему скромному разумению.
- Это уже пятый? - я уже не удивляюсь тому, как слабо звучит мой голос.
- Третий. - Батори бесконечно аристократично поводит плечами, - Не отвлекайся на банальную арифметику, я скажу, когда материал закончится.
Точно. Не тела. Не трупы. Для железной Вивьен они все материал, улики во плоти. Буквально. Я киваю. Потом киваю ещё пару раз, но уже самому себе; тошнота у меня совершенно точно не от запаха. Надо было пить меньше. Я же совсем не умею.
- Это ещё что? - вездесущая напарница высовывается из-за моего плеча, с королевским интересом приподнимая брови.
- Не похоже на осколок. - негромко резюмирую я очевидное и погружаю поблёскивающий инструмент в разрыв желудка, - Это.
Понимаю, что зависаю, рассматривая объект.
- Игрушечка. - милосердно подсказывает мышь, едва слышно перемещающаяся за моей спиной, - Как в детских сладостях. О, кстати. Будешь потом шоколад?
Меня впервые за всю практику слегка замутило.

@музыка: Dark Life Note – I Lost So Much (feat. Lumière d'abstraction)

@темы: ЦПУ, Уильям, Северный материк, Небельштадт, Вивьен

01:22 

Верещу и закономерно просыпаюсь. Ещё не проснувшись до конца, панически переползаю и бухаюсь на соседнее место. Пустое, что характерно. После чего оцениваю его как достаточно холодное и предаюсь саможалению.
Вообще-то, я могла бы болеть и дома. Однако звонок брату показал, что вакантное место центра внимания там уже занято, а Лили слишком радуется моему появлению, чтобы я могла позволить себе всё равно вмешаться в царящую там идиллию. Поэтому я, будучи отстранённой на неделю ото всех занятий и имея обязанность ежедневно отчитываться о прогрессе выздоровления наставнику, болею дома у Шелдона. Однако мой рыцарь на коне из дерзости куда-то пропал. А мне как назло, снова снились всякие бурные кошмары, я хочу мур-мур и заботы. А вместо этого путаюсь в одеяле диагонально по матрасу. Глупо выходит!
С негромким тяфканьем на меня запрыгнул Мико. И устроил маленькую лисовую фиесту, смысл которой - проверить, что лучший батут, я или матрас. Я определённо лидирую.
Не мешаю этому непрошенному массажу. Помимо тонн сочувствия к тонне себя я размышляю о том, что мне снилось. Гадости, которые я вижу, неизменно реалистичны; думаю, это можно связать с тем, что психонавты учатся воспринимать нереальное всерьёз, ведь то, что в голове других, с нами творится взаправду...
К горлу подскочила тошнота, и я свернулась клубком, истово сохраняя всё, что находится внутри меня, на своих местах. Излюбленный метод! Самое главное, что работает. Пока я куклилась, лисёнок протопал к моей голове и затыкался носом в моё ухо. Ух ты славная зверушка! Жрать хочет, наверное. Растущий организм, не то, что я.
Пока я выворачивалась из одеяла, падала с кровати и поднималась снова и снова, согласно бессмертному изречению, поняла несколько вещей. Во-первых, уже супер не утро. Во-вторых, какой-то заботливый Шаман крепко (и наверняка весьма дерзко) зашторил окна. За что ему внеочередное спасибо.
Не утруждая себя поиском хотя бы халата, я одернула майку, поправила прочую скромную одёжку и зачем-то нацепила один носок. Вернее, я его не нацепляла, но к моменту обнаружения себя на кухне я обнаружила носок на левой стопе. Ну. По крайней мере, носок, кажется, тоже был левый. Как большинство моих шуток и умозаключений. Пус-стота, да я в ударе сегодня, ещё проснуться не успела! Под всё тем же впечатлением от собственного юмора я определила местоположение холодильника (в данной квартире задача труднее, чем кажется), в нём нашла залежи наготовленной для лисица еды и передислоцировала порцайку в его миску. Мико остался счастлив. А я вернулась в комнату, взяла со стола телефон и что-то ужасно устала. Соглашаясь со спонтанным головокружением, завалилась на кровать на спину. Телефон услужливо подсказал мне время: четыре часа. Дня или вечера, тут уж кто как живёт. Я кивнула сама себе и призадумалась, звонить ли Зольфу сейчас или послушать его нравоучения немного позже. Я сегодня невыносима в крайней степени и расстроена безо всяких на то причин. Болезни всегда делали меня капризной, поэтому я не люблю болеть. Не люблю капризничать. Никто не виноват.
Почти роняю телефон на лицо и поспешно опускаю руку рядом с головой. Наверное, где-то между душеспасительными беседами с собой и активной стадией саможаления (ой, люблю я это дело) я несколько раз отрубалась.
В чувство меня привёл звонящий телефон. Нащупала аппарат не глядя, поднесла к уху.
- Да?..
- Эй, сектантка. Жрать сегодня будем?
Незамутнённая простота вопроса заставляет меня улыбнуться.
- Бу-удем.
- И чем будем травиться? У тебя есть минута на размышления, а потом ещё две на конструктивные размышления.
Знает меня и мою рефлекторную панику как свои два уха.
- Если ты поможешь мне, можем... - зеваю, - Опустить мои испуганные вопли и приготовить какую-нибудь лапшу...
- Одну лапшу?
- Ну почему. С вовощами.
- А еда там где? - подозрительность так и сочилась из трубки.
- Хорошо, хорошо. Мяса тоже возьми. Когда вернёшься, возмещу тебе часть денег.
- И недостачу бинтов. - лениво комментирует Шаман, - Но это ты уже по приходу поглядишь.
- ЧТО. - вопрошаю я у гудков.
Приподнимаюсь на локте, возмущённо смотрю на рабочий стол коммуникатора. Ну, Шелдон! Ну жопа!
Я его очень сильно люблю. Поэтому позволяю себе расплыться по подушкам, чтобы ещё немного отдохнуть. Потому что потом мне его бинтовать. И вспоминать, как готовить мясо так, чтобы из него не лилась потом кровь. Ни из кого чтобы потом не лилась. Не знаю, облегчит ли помощь зайца эту задачу, но как минимум поднимет мне настроение. Соскучилась чего-то. Не успела толком проснуться.

@темы: Северный материк, Небельштадт, Киара, Шаман

02:22 

(соавторское)

Утро начинается не с кофе. Не моё так точно. Это реально сложно, когда ни кофе, ни утра уже нет. Реально сложно.
Мой день начался с писка. Так пищат котятки, если на них по ходу жизни наступить. Но реально сложно это сделать, если в этот момент ты спишь на кровати и в хату твою котят не завозили с начала времён. Реально сложно.
Не помню уже что мне снилось - наверняка хрень. Но ожидаемо непросто что-то ухватить из дремы, когда тебя будят писком и ударом в нос. Не успеешь тут испугаться и оценить внезапный и дерзкий урон сопатке, как обстоятельства смягчаются грудью. В этот момент я сразу же узнаю Ки. Сразу же всё понимаю - перелезала через спящего меня и не смогла пробраться, не искалечив в рамках приветствия. Сразу же оцениваю сиськи.
Кошка пищит и мявчит, рассыпая извинения. Я открываю глаза, чтобы она не сочла меня убитым. Переубедить её в последнем реально сложно время от времени. Реально сложно.
Девушка очнувшемуся мне толкает целую речь и по ходу дела заглаживает. Но-о-о на лирические отступления мне похрен - я, главное, понял, что одного зайца в этой хате любят. Надеюсь, за ночь новых не завезли.
В итоге девушка стекает с меня и неспешно направляется в сторону коридора. Удовлетворённый тем, что в ходе акробатических упражнений мне не отбили самое ценное, обратно закрываю глаза. У меня очень тонкое ощущение времени и очень точное осознание того, что два часа дня - не время для просыпаний.
Повторный писк из коридора тут же отогнал новую волну дремоты. Будет реально сложно поспать, когда едва стоящая на ногах болеющая Ки бредёт в ванную, сбивая всех и вся на своём пути. Реально сложно.
Сначала я резко сел. Ударился башкой обо что-то и, матюкнувшись, не менее резко лёг. Сел второй раз, но уже с толком и расстановкой. Хорошенько всё обдумал. Кинулся в коридор, попутно не совсем удачно запутавшись в старых машинных проводах.
Котейка милая, но для одного меня реально тяжеловата. Особенно если это - сонная и болеющая вяло сопротивляющаяся котейка в неглиже. Просто испытание для ебаного эпического героя! В девушке главное - душа, но если вдруг меня спросят, стоят ли сиськи таких стараний и порой даже сверхъестественных мук, не найду в себе сил солгать. И вообще, как в бородатом анекдоте денег только на водку, так у меня сил - только на Ки.
В пресноватом и бессмысленном споре, окрашенном сочным ударом коленкой об угол тумбочки, я решил никуда свою принцессу блестяшек одну не пускать. Даже в ванную. Особенно в ванную.
Почти не искалечившись, мы перетекли в самое опасное после кухни помещение. Порой мне кажется, что хорошо бы нахрен убрать мебель...но я тут же понимаю, что при таком повороте нам с кошкой будет не обо что биться в падениях и поскальзываниях. Это только обеднит нашу счастливую совместную жизнь.
Я на деле представляю собой гениального и незаменимого невъебического решателя назревающих проблем. Просто никто, сука, этого во мне не ценит. Кроме Ки. Но она пока по каким-то своим мутным учебным делам болеет, так что спрос с неё невелик.
Я сел на край ванной и усадил девушку себе на колени. Одной рукой я держал болеющее облачко косяков и добра, второй - возился с мирской суетой. Будучи экспертом в вопросах стратегического планирования, я постелил на дно ванной пушистое полотенце - это поднимет уровень комфорта. Да-а-а, прямо как в компьютерных играх. Потом я включил воду и уже в этот процесс включил Ки. Пускай отрегулирует так, как ей надо, и побалуется со струёй из крана. Она так делает, когда утром чистит зубы. Больным лучше не отказывать в простых радостях. Иначе они выздоровят и дико тебя порвут. Дико и неистово.
Это типа как было неожиданно, но мы упали. Задницей, как король, я приземлился на мягкое полотенчико, но башкой-то всё равно шибанулся. Это - моё больное место. Это - моё пустое место.
Пока ванная набиралась, я заплел Ки косичку. Она очень смешно выглядит, когда... Ну, короче, смешно выглядит. Я лично не вижу причин для паники. Если галактическим силам угодно, чтобы мы помылись вместе, я не против. В конце концов, принцесса блестяшек так не расшибётся. Не насмерть. Не без меня.

@темы: соавторское, Шаман, Северный материк, Небельштадт, Киара

02:22 

Странно не то, что меня разбудил шум моющейся посуды, хотя в квартире нет иных жильцов кроме моей скромной персоны. Странно то, что я не проснулся когда открывалась дверь. Однако я не паниковал. Во всем мире только один мрачный тип может заявиться ко мне, чтобы помыть посуду.
Подъем - череда заученных действий; в моем жилище все всегда на своих местах, потому что в противном случае я становлюсь абсолютно беспомощен. На кухню я явился при домашнем параде, но отчаянно зевающим.
- Зольф, ты что, перепил накануне? - уточнил я, проглотив очередной зевок.
Лис хмыкнул, звякнув моей любимой тарелочкой (только у нее такой нежный звон).
- Они так меня задолбали все, ты просто не представляешь.
Я хорошо представляю, как он, закрыв шкаф, берет полотенце и скрупулезно вытирает руки. Точно знаю, как именно он морщится, пока берет эту в высшей степени драматичную паузу, потому что все еще довольно хорошо помню лицо и мимику своего друга. Пока маг молчит, я аккуратно огибаю его и протягиваю левую руку в неоднородное светлое пространство. Чайник на месте. Я поднимаю его, оцениваю вес. Зольф долил воду. Отлично. Щелкаю кнопкой; мужчина, словно того и ждал, продолжает:
- Особенно эта... мелкая. - я слышу звук, с которым он резко шлепает полотенце обратно на спинку стула.
- Маклейн? - пять нешироких шагов влево, и под мои ладони попадается шкаф с посудой, - А что она?
Он просто обожает жаловаться на свою подопечную. В основном это сезонное, но бывает и вне обычного режима. Когда что-то происходит. Я наклоняю ухо в сторону собеседника.
- Она решила убиться. Понимаешь? - он сердито фыркает, - Не делай такое лицо! Ты прекрасно знаешь, что я не про подростковые заскоки, для этого она слишком... В общем, это не по ней, конечно. Я о другом.
Каюсь, на какое-то мгновение размышления о том, какое же слово Зольф проглотил, так меня заняли, что я едва не утратил нить беседы.
- ...лазает в разум своего брата. Ты понимаешь, нет?
Пять шагов вправо. Я понимал, однако был не вполне уверен в своих теориях, посему, пока расставлял чашки на столешницу перед чайником, на всякий случай насторожился и сделал серьезное лицо. Еще более серьезное лицо. Чтобы у моего дорогого, но до параноидальности внимательного друга не возникло подозрений.
- Он спец. Спец, Джефф! - Зольф легонько пинает стул; ножки мебели скрежещут по кафелю.
Я болезненно и весьма неодобрительно морщусь. Маг торопливо приносит мне свои извинения.
- О бардаке в головах этих ребят написана не одна серьезная работа. А эта малявка... - он шумно втягивает носом воздух, пока я разливаю кипяток по чашкам и лезу в верхний шкафчик за чаем, - Решила, что умнее всех, видать! Ходит, кровищей из носу школу поливает, все стены наощупь изучила - зато умнее всех! Зачем готовиться, заканчивать обучение - можно же влезть в чужую башку по причине родства!
- Ты беспокоишься. - отстраненно произнес я, осторожно опуская пакетики с заваркой в кипяток.
- Иди ты. - рыкнул лис, - Я не люблю дилетантство и безответственность! И напрасную трату потенциала тоже не люблю. И смотреть, как малолетние дурынды себя в могилу сводят, мне не по нраву ну совсем.
Я рассеянно кивнул. Не могу сказать, что психонавт меня чем-то всерьез ошарашил. От юной Маклейн действительно ждешь глупостей и неуместного геройства, к тому же, я полагаю, она действительно, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО просто не подумала о том, что последствия могут на самом деле оказаться далекоидущими. Зольф, помнится, упоминал: очень частая ошибка начинающих в этом нелегком ремесле заключается в том, что они полагают будто бы все происходящее с ними в чужой голове имеет силу лишь в пределах этой самой черепной коробки.
Об этом пишут в учебниках. Но они же действительно умнее всех.
Вздыхаю. Извлекаю пакетики из чашек, открываю верхний ящик, нащупываю сахарницу. Первой под руку почему-то всегда попадает жестяная банка с кофе, а чуть правее и дальше... нашел!
- И как поступишь?
- Я уже... поступил. - друг, разбавивший получившийся чай, фыркнул в свою чашку, - Отстранение от занятий на неделю плюс отправка домой. Пусть подумает над своим поведением.
- Неплохой ход. - мне остается только задумчиво качнуть ушами, - Надеюсь, она сделает правильные выводы.
Обжигаюсь, вздрагиваю, обливаю руку чаем и тоскливо опускаю хвост, "оглядывая" пострадавшую кисть. Потом сдаюсь и взволнованно морщу лоб.
- ...я надеюсь, ты не был слишком резок с ней. - моя очередь ограбить стул на висящее на его спинке полотенце.
Собеседник стал набирать в грудь воздух. Я поморщился и поднял руку ладонью к нему:
- Не надо ничего мне говорить. Просто помни, что она у тебя одна. И что ей едва исполнилось семнадцать.
Маг молчит достаточно долго, чтобы я начал подозревать возможное отсутствие какого-либо ответа вообще. Но он все же подал голос вновь.
- ...ты прав. Пустота побери, ты действительно прав. Но я иногда вот о чем думаю, Кроуфорд. Тебе чудовищно повезло ни для кого не быть наставником.
- Прав и ты. - я поднял чашку, - Твое здоровье.
- Мое здоровье. - вздохнул лис, - За ее здоровье выпей лучше. Егоза она пустоголовая.
Крыть нечем. Я поправился и выпил за здоровье котейки.

@темы: Северный материк, Небельштадт, Зольф, Джефферсон

03:37 

(соавторское)

Я мог торопиться сколько угодно, но Теону насрать. Он уже достаточно большой мальчик, чтобы меня ломало нести его в руках, да и повидал он по жизни слишком много, чтобы продолжать бояться моего педологического пинка. Так что возвращались к дому мы неспешно.
В окне кухни горел свет, маячил знакомый тигриный образ. Судя по времени и по машине, что припаркована раздражающе правильно, тигра травит гостя.
Поднимались на этаж мы уже побыстрее: мне не хотелось идти до дома в одиночестве, но теперь абсолютно не заломает захлопнуть перед носом Теона дверь. Я такой социальный! А обивки на двери у нас и так давно нет. Звонок можно отключить, и не дозвонится, боров.
После вечернего променада никто не бежал в коридор нас встречать. Нас с крупным домашним скотом, кажется, даже не особо заметили, излишне увлекшись кухонными разговорами.
- Ой, да ты брось, - дружелюбно муркала Джи, гремя посудой. – Не чужие же, ну!
Я, услышав подобное, напрягся бы. И вот я услышал. И я напрягся.
Харкер коротко вздохнул, бряцнул ложкой в кружке. Неужели что-то скажет? Мы с Теоном недоверчиво переглянулись.
- Я стал встречаться кое с кем, и пока не знаю, хорошая ли это идея.
Это мы с Теоном до того недоверчиво переглянулись? Брехня. Это мы СЕЙЧАС недоверчиво переглянулись. Свежо придание, но верится с трудом. Тони и какая-то самка? Придумывает на ходу, как любой толковый начальник.
- Серьёзно? Красавец! – Поспешила поощрить его моя супруга. – Это кто-то из участка? Да? Как фамилия?
В такие моменты мне кажется, что Джи скоро начнёт прыгать на своём хвосте, как тигр из какой-то книжки про игрушки. Не помню книжку, но на картинке хвост был ужасно пружинистый.
- Шепард.
На кухне повисла тяжёлая сценическая тишина. Я, только закончивший разуваться, напрягся не столько от ответа старого товарища, сколько от вакуумной паузы.
- А, ну, ёпта, - тигра будто бы махнула рукой или что-то в этом роде. – Ну, бывает, конечно. Только он женатый – это у вас нормально?
Теон как бы смотрел на меня и говорил «приятель, это – полное дерьмо». Под его тяжёлым взглядом я замер в нелепой незавершённой позе. Мне было реально не по себе. Я был почти что готов уйти. Нет, уехать. Откуда там Грэйвхард?
- Я об Эвелин. – Мой внутренний взор прям отчётливо видел, как ни один мускул на сонной задумчивой физиономии не дрогнул. – Старшая дочь Шепарда.
По кухне прокатился счастливый и заливистый тигриный смех. По мне, мать их, прокатилась первая седина. Технократы, уроды, так и умереть можно!

@темы: Джиневра, Морхед, Небельштадт, Северный материк, Теон, Энтони, соавторское

Raise Her Hands

главная